|
Но Марию никто этому не учил, и никаких навыков, которые могли здесь пригодиться, у нее не было. Она быстро и тихо добралась до края поля, где на ветру одиноко раскачивалось дерево, окруженное жидким кустарником. С помощью бинокля она внимательно осмотрела поле, амбар и припаркованные машины. Никакого движения. Ни охранников, никаких признаков жизни. И никаких следов Бусленко. Мария села на мокрую землю, прислонившись спиной к дереву. Кругом стояла полная тишина, если не считать завываний ветра. Казалось, Мария осталась совершенно одна в этой черной и пугающей вселенной. Она достала пистолеты, проверила обоймы и передернула затворы, досылая патроны в стволы, и сняла их с предохранителей. Потом она убрала «ЗИГ зауэр» обратно в карман. При прерывистом от напряжения дыхании изо рта вырывались клубы пара, образуя на морозном воздухе причудливые фигуры призраков.
Мария сделала глубокий вдох и, пригнувшись как можно ниже, рванула через поле к амбару, выставив перед собой пистолет. Она пробежала примерно половину, когда неожиданно темноту прорезала полоса света.
9
Еще не успев осознать, что произошло, Мария инстинктивно среагировала на желтую полосу света, залившего поле из открывшегося окна. Она бросилась на холодную влажную землю и распласталась на ней, пригнув голову. Сообразив, что ее все равно могут заметить, она быстро откатилась в тень и подняла глаза. В ярком четырехугольнике окна, залитого светом, никого не было. Затем там на мгновение промелькнула фигура, в которой Мария успела узнать ненавистного противника. Она подняла пистолет и прицелилась в Витренко, но тот сразу исчез. Мария поднялась и, не спуская глаз с окна, пробежала еще метров двадцать, после чего снова упала на землю. Она обвела быстрым взглядом поле, освещенное окно и весь амбар: никого. Что то было не так. И куда, черт возьми, подевался Бусленко? Неожиданно Мария с ужасом вспомнила о переговорном устройстве. Она прихватила его с собой, и уже несколько минут они с Ольгой совсем не общались. Та могла объявиться в любую секунду, и сигнал вызова сразу бы выдал Марию головорезам Витренко. Она лихорадочно покопалась в кармане и, вытащив рацию, нечаянно уронила ее. Мария лихорадочно накрыла его руками в перчатках, чтобы заглушить звук, если она вдруг заработает, и, нащупав кнопку выключения, облегченно выдохнула. Теперь она была уже совсем близко от амбара и могла незаметно подобраться к нему вплотную. Наконец она оказалась у каменной стены и, прислонившись к ней спиной, обвела взглядом поле и лишенный листвы кустарник живой изгороди. Внутри все буквально кричало о грозящей опасности. Что то случилось и пошло не так. Это место слишком походило на то, другое, тоже с полем и сараем. Ей слишком легко удалось добраться до амбара незамеченной, совсем как той ночью, когда Витренко, абсолютно уверовав в свою безопасность, не выставил охрану. Вряд ли он совершит подобную ошибку еще раз. Но на этот раз разница заключалась в том, что рядом не было Фабеля, способного прийти на помощь. Мария очень замерзла. Она еще раз проверила пистолет и начала двигаться в сторону окна. Мария поняла, что строение оказалось скорее не амбаром, а каким то промышленным зданием. Рама в окне была относительно новая, а стекло – толстое и грязное. Мария напрягла слух, стараясь понять, что происходит внутри, но шуршание травы от поднявшегося ветра заглушало все звуки. Обхватив рукоятку пистолета обеими руками, она подалась вперед, и ей удалось бросить мимолетный взгляд в окно, после чего она тут же отпрянула назад и уперлась спиной в стену. Голова лихорадочно работала, пытаясь обработать полученную информацию. Внутри находился Молоков в окружении минимум трех подручных. Витренко видно не было, но это не означало, что его там нет. Мария постаралась успокоиться и взять себя в руки. Настало время вновь превратиться в офицера полиции. Фабель всегда говорил, что главная задача каждого полицейского состоит в том, чтобы оградить невинного человека от опасности, а порядок – от хаоса. |
