В прихожей ждали двое полицейских в штатском. Конечно, Оливер хорошо знал того, что был поменьше ростом и темноволосым и глядел на него, не в силах скрыть изумления. «Сьюзи» повернулась к тому, что повыше, светловолосому, которого Оливер никогда раньше не видел, и усмехнулась:

– Ничего себе услуга, о которой вы попросили…

5

– Что с вами, Бенни? – поинтересовался Фабель, пока Тансу и полицейские в форме вели «Ганса» к полицейской машине. – Вы смотрите так, будто повстречали призрака!

– Черт… – пробормотал Шольц, все еще не в силах прийти в себя от шока. – Черт меня подери…

– В чем дело? – Довольная ухмылка на лице Тансу уступила место тревоге.

– Ты разве не знаешь, кого только что арестовала? Это герр доктор Оливер Людеке.

– Патологоанатом?

– Он самый. Вот теперь поднимется такая вонь, что мало не покажется!

– Патологоанатом… – задумчиво повторил Фабель. – Человек, который может профессионально отрезать точное количество человеческой плоти.

Допрос проводил Шольц, попросивший Фабеля помочь ему. Но ничего хорошего из этого не вышло. Фабель почувствовал к Оливеру Людеке резкую неприязнь с самого первого взгляда. Он знал, что ощущал бы то же самое, даже если бы познакомился с ним на каком нибудь светском приеме, а не в качестве главного подозреваемого при расследовании двух, а возможно, и трех ужасных и жестоких убийств. Людеке отказался отвечать на все вопросы и ограничился жалобой на свое незаконное задержание.

– Не нужно быть провидцем, чтобы понимать, что нас ждут большие проблемы, – сказал Шольц Фабелю, когда они закончили. – Он уже связался со своим адвокатом, и можно не сомневаться, что тот сразу позвонил прокурору и начальнику полиции. Мы должны его расколоть как можно быстрее.

– А вы уверены, что это наш убийца? Тем более что вы знакомы лично?

Шольц хмыкнул:

– Особенно потому, что я знаком с ним лично.

– Он вам что – не нравится?

– Оливер Людеке привлекателен, обаятелен, богат, умен, у него очень хорошая, высокооплачиваемая и престижная, работа, и его регулярно видят в обществе очаровательных женщин. Конечно, я ненавижу этого ублюдка! Но если отбросить это в сторону, то есть немало других причин, почему я всегда терпеть не мог герра доктора Людеке. В нем спеси – выше крыши! И даже больше! Он так себя ведет… Он не из наших, если можно так выразиться. Понимаю, что это звучит глупо, но в Кёльне не имеют значения родовые корни человека. Карл Маркс сам долго жил в Кёльне, но утверждал, что мировую революцию невозможно начинать здесь… Она никогда не охватит город, где рабочий и хозяин завода выпивают в одном кабачке. Возьмите других патологоанатомов: работать с ними – одно удовольствие. Всегда готовы прийти на выручку. А Людеке, если к нему обратиться, смотрит на тебя как на насекомое.

– Вы хотите сказать, что он отличный подозреваемый, потому что сноб?

– Снобизм здесь совершенно ни при чем, Йен. Для Людеке все остальные – просто низшие формы жизни. Меня совершенно не удивит, если он считает, что остальные люди появились на Земле только для того, чтобы обслуживать его потребности. И это отлично согласуется с поведением сексуального хищника, совершенно безразлично относящегося к боли, причиняемой другим, и даже к их смерти.

– Он, безусловно, является нашим лучшим подозреваемым за все время следствия. Но если он действительно обладает такими связями, как вы говорите, нам надо действовать быстро и не дать ему ускользнуть. Как дела с ордером на проведение анализа ДНК?

– Тансу осаждает офис прокурора, – ответил Шольц. – Мы должны его получить в течение пары часов.