Он отсутствовал почти полчаса. Появился фургон, проезд которому загораживал брошенный Виктором «крайслер». Водитель несколько раз нетерпеливо нажал на клаксон. Когда наконец появился Виктор с черным пластиковым пакетом в руках, водитель фургона высунулся из кабины и громко обругал его. Виктор, совершенно не обращая на это внимания, обошел «крайслер», открыл багажник и бросил туда пакет. Затем так же неспешно подошел к фургону, рывком распахнул дверцу и, вытащив водителя, с такой силой стукнул его головой о борт машины, что тот как то сразу обмяк и сполз на землю, склонив голову на плечо. Виктор, по прежнему неторопливо, достал носовой платок, вытер капли крови, попавшие ему на лицо, сел в «крайслер» и двинулся по боковой улочке, выходившей на Вайхселринг.

– Это мой клиент! – сказала себе Мария. – Наверняка тот самый Виктор.

Выехав со стоянки, она столкнулась с той же проблемой, что и водитель фургона, только теперь проехать ей мешал уже фургон, перегородивший дорогу. Она бросила взгляд на водителя, продолжавшего неподвижно лежать у своей машины. Она в подобной ситуации наверняка отказалась бы от преследования и помогла бедняге. Но она была не в Гамбурге. Включив заднюю передачу, она выехала на боковую улочку. Сюда Мария добиралась по Меркаторштрассе – практически единственной автотрассе, ведущей в Хорвайлер, а потому решила, что до центральной автомагистрали Виктор поедет по Вайхселринг.

После второго поворота направо она рассчитывала оказаться на Вайхселринг, но ошиблась. Выругавшись, лихорадочно огляделась по сторонам, надеясь увидеть где нибудь указатель и определиться, в каком направлении дальше ехать. Мария нажала на педаль газа и бросила машину вперед по уходившей влево улице. Еще раз повернув направо, она увидела поток автомобилей, несущихся на Меркаторштрассе, но приметной машины Виктора среди них не было. Светофор переключился на зеленый, а она так и не могла решить, куда податься. Сзади нетерпеливо сигналили, и Мария с досадой посмотрела в зеркало: за ней стоял громадный американский автомобиль с украинцем за рулем. Она подняла руку извиняющимся жестом и повернула налево, надеясь, что Виктор сделает то же самое. Она не ошиблась. Мария понятия не имела, как ей удалось оказаться на перекрестке раньше его, но теперь цель, которую она преследовала, двигалась за ней. При мысли, что это может оказаться не случайностью, у нее пересохло в горле. Неужели он заметил ее у дома? Но он даже не смотрел там в ее сторону, будто прошел специальную подготовку и был мастером своего дела. Она считала его просто бандитом, а никак не профессиональным бойцом. Хотя было известно, что часть украинского и русского криминалитета имела за плечами спецназовское прошлое, а то, как решительно Виктор разобрался с водителем фургона, свидетельствовало о его навыках и отсутствии всяких сантиментов. Она притормозила на следующем светофоре и посмотрела в зеркало. Убедившись, что Виктор не включил поворотник, она поехала прямо. Он по прежнему следовал за ней. Впереди показалась автостоянка, Мария включила поворотник и свернула на нее. Виктор проехал мимо, даже не посмотрев в ее сторону. Мария пропустила вперед пару машин и, вернувшись на автостраду, с облегчением выдохнула. Насколько она могла судить, неприметность ее «ситроена» сослужила отличную службу и ничто не препятствует продолжению преследования. Мария сосредоточилась на нелепых задних плавниках антикварного «крайслера», от которого ее отделяло три машины.

Они двигались на юг в сторону центра еще минут пятнадцать, не сворачивая на автобан А57, по которому она добиралась до Хорвайлера.