Он повёл меня куда-то за лавку, где было устроено что-то вроде просторного складского помещения с небольшим закутком, где находилось рабочее помещение, можно сказать, кабинет лавочника. Юлиану он с собой не позвал, за что я ему был благодарен.

Несмотря на то, что мы немного общались с девушкой, разговаривать я сейчас хотел только с Толей. Если посчитает нужным, позже он перескажет разговор и ей, но это будет уже на его совести. Да и проверять двух человек печатью, которая чувствительна ко лжи, то ещё испытание. Даже для меня.

— Заким один из теневиков, можешь не беспокоиться и говорить здесь свободно, — сказал парень, усаживаясь на продавленный стул и кивком указывая на табурет, установленный напротив. — Тесно, конечно, но тут я гарантирую, что нас не подслушают.

Кивнув, я уселся на предложенное место и, притворившись, что пытаюсь собраться с мыслями, не глядя вывел печать правды прямо под табуретом — благо сам символ был элементарным, чего не скажешь об использованном плетении и требуемом количестве силы. Вроде бы получилось, как и направить символ на сидящего напротив Анатолия. Тот уже как-то подозрительно косился на меня.

Показательно вздохнув, я начал.

— Ладно. Ммм, что ты знаешь о клинике богов-близнецов? — Не скажу, что начал издалека, но решил не рубить сразу правду, пока задам несколько наводящих вопросов.

— Больница как больница, — пожал плечами в ответ Толя. — Лучшая на районе и, говорят, самая запакованная. В смысле, и по врачам там всё отлично, и по оборудованию. Многие туда стараются ходить. Да я и сам сестру туда водил, быстро помощь получили. Почти очередей не было. И да, намного там чище, чем в наших обычных клиниках.

— А исчезновения? Ну, те, что происходят в больнице?

— Слухи, — нахмурился парень. — Тень закона отправляла туда ребят, всё проверили. Там чисто. А пропали всякие бродяги да пьяницы. Ну, или родственники умерших больных возмутились, что им тела не отдают, дак это изначально оговаривается, когда туда ложишься. Это же ещё и научный центр, они тела для обучения себе забирают, а родственникам компенсация приличная. Мы это тоже проверяли, обмана там нет.

Печать лжи отреагировала положительно, Толя говорил правду. По крайней мере, думал, что говорит правду.

— А как ты относишься к самим богам-близнецам, только честно?

— Не понимаю, к чему эти вопросы, Антон⁈ — В словах моего товарища послышалось отчётливое раздражение.

— Так надо, Толя, ответь максимально честно. Ты всё поймёшь чуть позже.

— Хах, ну и вопросики ты задаёшь. — Он задумчиво взлохматил голову, пытаясь сформулировать мысль. — Ладно. Если честно, никак я к ним не отношусь. Ну, верят и верят люди, ничего плохого не вижу. Главное, сами их принципы, или как там правильно говорят… блин… постулаты, во. Главное, они хорошие и несут в себе много важного. Защитить слабых, любить близких, быть праведным, прощать ошибки. В это я верю. А в самих богов-близнецов нет.

И вновь нет лжи. Но это ещё не всё.

— Да, это сами боги, а что насчёт их последователей? Прежде всего инквизиции?

— Да что за вопросы такие⁈ — взорвался парень, с раздражением посмотрев на меня. — Антон, меня это начинает выводить из себя, говори уже, для чего ты меня выцепил и заставил встретиться? У меня, знаешь ли, хватает и своих проблем, чтобы ещё на темы богов-близнецов и их фанатиков общаться.

— Ответь. Обещаю, это последний вопрос, и я всё объясню.

— На последователей их мне плевать! Есть пара тёток у меня, что посещают храмы секты, на них не плевать. В остальном без разницы. Инквизиторы же бесят, как и почти любого на улицах нижнего города. Лезут везде, суют свои носы, куда их не просят, ещё и полные фанатики до кучи. Прямо говоря, упрямые бараны, ни хрена не слышат, когда им что-то пытаешься объяснить.