Торговец отпил еще немного вина. Моргон, глядя в огонь, снова, как и прошлой ночью, увидел там множество лиц: Астрина, скривившегося от боли, госпожу Эриэл, застенчивую, прекрасную и безжалостную, лицо Хьюриу, понявшего наконец, на ком он женился… Моргон содрогнулся. Купец внимательно посмотрел на него:

— Да ты весь промок. Насквозь. Из Херуна путь долгий. Интересно, может быть, я знаю твоего отца? Моргон улыбнулся хитрости торговца:

— Возможно. Но у него такое длинное имя, что даже я не могу произнести его для тебя.

— А-а… — В темных глазах зажглась ответная улыбка. — Прошу прощения. Не стану выпытывать. Просто я люблю поболтать, пока грею кости. В Краале, если мы туда доберемся, меня ждут жена и два маленьких сынишки — я их не видел два месяца. Сюда еще должны прибыть корабли из Краала, а я что-то не припомню, кто на них… Джосс! В Краале кто остался?

— Три корабля Рустина Кора ждут груза — лес из Исига, — прогудел в ответ чей-то голос. — Мы их не встречали, должно быть, они все еще там. А что?

— Херунскому господину нужно вернуться в училище. Они сюда зайдут, как ты думаешь?

— У Рустина Кора здесь половина склада херунским вином забита. Ему придется за всю зиму платить, если он не остановится.

— Значит, остановится, — кивнул торговец, снова поворачиваясь к Моргону. — Я припоминаю. Это Мэтому из Ана нужно вино. Значит, ты любишь загадки? А знаешь, кто является величайшим Мастером Загадок? Волк из Остерланда. Был я прошлым летом при его дворе в Ирье, пытался заинтересовать парой кубков из янтаря, а тут какой-то человек прибыл из Лунголда, чтобы вызвать его на игру. У Хара твердое правило — любой, кто у него выиграет, может взять себе первую же вещь, которую захочет. Разумеется, после окончания игры. Приз-то ненадежный, — слыхал я об одном человеке, который победил в игре после того, как они играли целый день и целую ночь, так он почувствовал такую жажду, что первым делом попросил стакан воды. Не знаю уж, правда ли это. Во всяком случае этот человек — а был он небольшого росточка, надменный такой и тощий, было похоже, что он весь высох от этих загадок, — так вот, он продержался против Хара почти два дня, и старому волку это понравилось. Все захмелели, слушая, а я продал тканей и самоцветов больше, чем до того за целый год. Это было удивительно. Наконец король-волк загадал такую загадку, что тот маленький человечек не сумел ее отгадать — он никогда не слышал ничего похожего и ужасно разозлился, а Хар велел ему загадать эту загадку Мастерам в Кэйтнарде. После этого он загадал ему еще десять загадок подряд, и ни одну из них этот коротышка отгадать не смог — прямо одну за другой. Я думал, что этот коротышка лопнет от злости прямо не сходя с места. Но Хар его утешил, сказав, что он уже давным-давно не играл так интересно.

— А какой была первая загадка, которую этот человек не смог отгадать? — с любопытством спросил Моргон.

— Погоди, дай-ка подумать… Что одна звезда вызовет из тьмы… Нет, не так. Что одна звезда вызовет из тишины, одна звезда — из тьмы и одна звезда — из смерти?

У Моргона перехватило дыхание. Он выпрямился, лицо его побледнело, глаза сузились, встретившись с глазами торговца. С минуту он смотрел на своего собеседника, не видя его лица — оно расплывалось перед ним в языках пламени, неуловимое, лишенное выражения, точно маска.