|
Убрал его, произвел небольшую манипуляцию с предметом и отошел в сторону. По залу словно пролетел ветерок. Перед генералом, опираясь на приклад и сошки, стояло необычное ружье. Заключенный в кожух ствол, массивная ствольная коробка с рукоятью сбоку, магазин сверху.
— Автоматическое ружье Мадсена, — сообщил начальник завода. — Проще говоря, пулемет. Сделан в Дании. Несколько сот их закуплено в Русско-японскую войну. Показал себя неплохо. Есть и недостатки. Патроны приходится покупать за границей — наши не годятся. Приспособить трудно — мешает фланец гильзы. Он же шляпка, рант или закраина. Скорострельностью «максиму» уступает — четыреста пятьдесят выстрелов в минуту. Для чего показываю? Военное министерство собирается объявить конкурс на такое ружье, пригласили нас участвовать. Мы или сделаем свое, или будем выпускать чужое, например, вот это, — генерал указал на пулемет. — Жду от вас соображений, господа.
В зале зашумели. Офицеры оживленно переговаривались, спорили, помогая себе жестами, но высказывать мнение не спешили. Генерал терпеливо ждал. Наконец, устав, хлопнул ладонью по столу.
— У кого есть что сказать?
Ответом стало молчание. Федора будто кто-то в бок толкнул. Он встал.
— Разрешите, ваше превосходительство!
— А-а, наш изобретатель, — улыбнулся генерал. — Специально приказал позвать. Ну, скажи, унтер! А то полковники не спешат.
— Дозвольте глянуть на ружье вблизи?
— Изволь! — разрешил генерал.
Подойдя к столу, Федор взял пулемет и отсоединил магазин. Затем отвел на себя рукоятку заряжания и отпустил. Направив ствол в окно, надавил на спуск. Курок щелкнул.
— Разрешите посмотреть на внутреннее устройство? — обратился к генералу.
— А обратно соберешь? — спросил тот. — А то нам его возвращать.
— Не сомневайтесь, ваше превосходительство!
— Приступай! — кивнул генерал.
Федор достал из кармана мультитул и отщелкнул отвертку. Инструмент он сделал сам и носил в кармане постоянно. Мало ли чего? Генерал удивленно посмотрел, но промолчал. Федор снял крышку короба пулемета, отвинтил замыкатель затыльника и извлек его наружу. Далее работал четко спокойно. Не прошло и трех минут, как неполная разборка пулемета завершилась. Федор рассмотрел извлеченные детали и повернулся к генералу.
— Выпускать такой будет трудно, — объявил громко. — Много фасонных деталей сложной формы. Хотя, может, ошибаюсь. Я всего лишь мастеровой. Пусть их благородия скажут, — он кивнул на зал.
— Господа! — обратился к присутствующим генерал. — Прошу.
Офицеры встали и подошли к столу. Окружив его, брали в руки детали, осматривали и передавали соседям. Так продолжалось минут пять. Федор, отойдя к окну, наблюдал за происходящим.
— Наши станки не годятся, — наконец вынес вердикт один из полковников. — Придется закупать за границей, строить новый цех, а то и завод. Обучать мастеровых. Дело — это долгое и муторное. Намудрил этот Мадсен. Удивительно, что оно, — он указал на пулемет, — еще и стреляет.
— Может, так, — сказал генерал. — Предлагаете что?
— Разработать собственную конструкцию. Простую, надежную и удобную в производстве.
— Кто это сделает?
Офицеры замолчали, переглядываясь.
— Я, — в наступившей тишине сказал Федор. Все уставились на него. — Ничего хитрого. Через три месяца представлю первый образец.
— Гм! — хмыкнул генерал. |