Герцог Закровский обладал какой-то странной манерой говорить порой немного рублеными фразами. Словно не общался, а отдавал короткие приказы. Либо точно так же коротко доносил информацию.

Что касается его характеристики Гектора (с которым премьер-министр, судя по всему, был лично знаком), то она звучала не то чтобы тепло, скорее просто — с уважением. Поэтому Ардан точно так же с уважением ответил:

— Спасибо, Ваша Светлость.

Премьер-министр тут же замахал трубкой.

— Без «светлостей». Достаточно приставки «генерал», если вы не откажете отставному военному в прежних заслугах.

— Разумеется, генерал, — склонил голову Ардан.

Жизнь научила его быть скудным на слова в общении с высшими чинами и сильными мира сего. Идеальная тактика для выживания и сохранения покоя.

Премьер-министр улыбнулся в свои усища и, достав из стола папку, положил на стол.

— Все хотел посмотреть в глаза офицеру, ответственному за почти четверть миллиона ущерба, из-за которого Казна обеднела почти на пятьдесят тысяч эксов. Знаете, если бы не вы, капрал, может быть, я и не так сильно переживал бы из-за отопления в собственном доме.

Разумеется, ущерб, который озвучивал Полковник, не полностью переходил в эксы. Лишь некоторая его часть возмещалась напрямую, а не косвенным образом.

Ардан промолчал. В данном утверждении не прозвучало вопроса, так что и отвечать смысла не имелось.

— Но, наверное, мы бы заплатили еще больше, если бы не тот успех, который заслуженно оформлен в виде ордена, — продолжил премьер-министр и достал из стола коробочку. — Забирайте, капрал Эгобар. Он ваш.

После летнего формального награждения они с Миларом так и не получили орденов. Длинная процедура бюрократического оформления, а затем еще и выплавки занимала от полугода до года. Орден ведь не медаль, которую и то вручали далеко не сразу после представления к награде.

Вместе с коробочкой из лакированной вишни по столу к Арду придвинули и грамоту за личными подписями Генерала Армий лорда Михаила Шонова, премьер-министра и, непосредственно, Его Императорского Величества.

— Благодарю, — в прежней манере произнес Ардан и, поднимаясь с места, двумя руками забрал награду.

Вернувшись обратно на кресло, он постарался как можно достовернее изобразить каменное изваяние. Коробочку потом откроет.

— Император думал передать вам орден вашего отца, — затянулся премьер-министр и выдохнул облачко с шоколадным запахом. — Но я настоял, что у каждого должна быть своя собственная история. Тем более что Гек Абар не имел отношения к Эгобарам, хотя сейчас, после заявлений Её Императорского Высочества консорт, полагаю, по окончании всех бюрократических процедур, мундир майора Гека Абара можно вернуть его наследникам. Что скажете, капрал Эгобар?

Арди достаточно провел времени среди подобных премьер-министру личностей, чтобы понять еще кое-что.

Его проверяли.

Зачем? Для чего? И, самое важное, на какой именно предмет — Ардан понятия не имел. Так что решил придерживаться пусть и опасной, но самой простой уже не тактики, а стратегии. А именно — быть честным. Как и Март Борсков. В первую очередь — с самим собой.

— Прошу простить, генерал, я не могу решать таких вопросов.

— Н-да? — совсем по-простому цокнул герцог Закровский. — Извольте спросить, а кто в таком случае может?

Ардан тут же ответил:

— Моя мать.