Рафи опустил голову, глядя, как за бортом лодки колышутся волны. На некоторых были белые шапочки пены. Ветер немного усилился. Вокруг, насколько хватало глаз, простиралась водная гладь.

Пустыня. Бескрайняя, безжалостная, безжизненная... Пустыня. Это слово о чем‑то напоминало Рафи. С чем‑то оно было связано... С каким‑то рассказом... Рафи наморщил лоб, пытаясь вспомнить. Усилие было мучительным. У него заболела голова...

Да, конечно! Мария рассказывала ему о человеке, который жил в пустыне и ловил змей. Змеелов. Человек, который выбрал одиночество.

Но как же Мария могла это рассказывать, если она, судя по словам старика, всего лишь его фантазия? Фантом, который создало его сознание... То есть получается, что эту историю он придумал сам.

Впрочем, так ли это важно? Старик прав, ему нужно сделать выбор.

Но Рафи понимал, что сейчас ничего решить он не сможет. Сначала он должен попытаться исправить хоть что‑нибудь. Вернуться домой, чтобы снять с дяди груз вины. Увидеть Мигеля, чтобы хоть как‑то объяснить смерть его младшего брата и извиниться, если уж больше он ничего сделать не способен. И, конечно же, найти Веронику. Просто посмотреть ей в глаза... А что будет дальше... Это будет зависеть от нее тоже.

Да, прежде чем что‑то решать, он просто обязан отдать свои долги. Иначе, каким бы его решение ни было, он не сможет жить спокойно. А потом... Потом он вернется сюда, на берег моря, и спросит у этого прекрасного чудовища совета.

Но сейчас ему нужно отправляться в путь. Вернуться и закрыть свои счета.

– Ну что ж, может быть, ты и прав, – сказал старик.

– Ты о чем?

– О твоем желании вернуться.

– Откуда ты… Хотя да. Я понимаю… Ты считаешь, что это правильное решение?

– Нет. Оно не может быть правильным или неправильным– Любое решение, которое мы принимаем, – это всего лишь одна из тысячи равноценных возможностей. Ты не можешь сделать правильный выбор. Ты можешь только поверить в свой выбор. И принять его. Понимаешь, в чем дело… – старик задумчиво почесал в затылке. – Линия твоей судьбы уже давно нарисована. Причем во множестве вариантов. Где‑то сейчас юноша Рафи, который не стал спорить много лет назад со своим дядей, а просто лег спать, наплакавшись вдоволь, живет в родном городе, воспитывает сына и любит свою жену, такую же простую крестьянку, как и он сам. Еще один Рафи попросту не вышел в тот памятный день на арену. Теперь он мертв. Погиб на войне, на которую отправился для того, чтобы доказать самому себе, что он не трус– И так до бесконечности. Поэтому такого понятия, как правильный выбор, в этом мире попросту не существует. Ты всего лишь переходишь с одной линии судьбы на другую. В то время как другой Рафи принимает другое решение и оказывается на твоем месте. Вот и все… С рождением человека рождается новая плоскость реальности. Сначала на ней находится только один мир. Потом, с каждым твоим решением, количество миров растет. Так что появляется на свет один Рафи, а умирают уже сотни, если не тысячи…

На горизонте показалась тонкая полоска суши. Ветер быстро гнал лодку к ней. Рафи не отрываясь смотрел, как приближается берег. Он нарастал стремительно. Вскоре уже можно было разглядеть острые скалы, далекий лес, разбросанные чуть в стороне хижины рыбацкой деревни… Наконец, Рафи смог разглядеть одинокий домик, стоящий на небольшой, выдававшейся в море косе.