Однако Криста ничего не ведала о психологических проблемах Уитни. Все, что она знала, так это то, что в сделке ей удалось занять более выгодную позицию. И теперь ей хотелось закрепить ее.

— О, не думаю, что таких, как Роб Санд, много. Я думаю, что Роб совершенно особенный. Кстати, он сказал, что собирается показать Лайзе теннисный корт. Уж они точно составят ловкую пару.

— Ну, если он подвергнется насилию, я буду считать тебя персонально ответственной, — заявила Мери, изо всех сил стараясь, чтобы ее слова прозвучали весело и остроумно.

Они уставились друг на друга. Замешательство Уитни лазером било в Кристу. В сделке могло пойти под руку все, что угодно. И шло. Дурное расположение духа у Мери возрастало. Это было лишними очками в пользу Кристы. Однако, казалось, что перчатки с рук вот-вот будут сорваны.

— Кстати, Криста, Лайза на самом деле заключила с тобой контракт? Я просто хочу сказать, что свое предложение Бланкхарт делал через Джонни. И если у Джонни на время предложения действовал еще текущий контракт с Лайзой, тогда он захочет иметь свою долю, решись я когда-либо на сделку. И это может поставить тебя в весьма болезненную позицию. Вообще, после всего случившегося едва ли ты можешь рассчитывать, что Джонни будет вести себя как джентльмен, тем более, что сама ты вела себя по-другому.

Криста отпрянула назад, чтобы отбить жесткую подачу.

— И в самом деле, у Лайзы существовало годичное соглашение с Джонни. Но к тому времени, когда Дон Бланкхарт сделал свое предложение, оно истекло и не было возобновлено. А сейчас она подписала контракт со мной. Так что Джонни уже ушел в историю. Но все это у нас академические размышления, поскольку в настоящий момент Лайза не участвует в твоем парфюмерном бизнесе, — она едва удержалась от слов: «…и в твоем тренере по теннису».

— Ммммммм, все это очень удобно, — пробормотала Мери. Обычно ей удавалось подавить собеседника, привести его к покорности, однако Кристу нельзя было просто так вышибить из седла излюбленным арсеналом Уитни — деньгами, положением в обществе и бронебойным характером. И это грозило обернуться катастрофой, поскольку Мери Уитни, разумеется, со своего пути сворачивать не собиралась. А, значит, лучшая модель в мире должна работать на ее парфюмерную рекламную кампанию. Беда заключалась в том, что Криста знала ее секрет. Знала, что для Мари Уитни нули были кругленькими штучками с дырками в середке, которые становились в конце чеков.

— Так кого ты все-таки хочешь взять на эту работу? — поинтересовалась Криста, мягко улыбаясь и чувствуя себя на грани победы.

— О, не знаю… Есть еще та девушка из Заира, ну… горячая…

— Я слышала, что она оказалась вовсе не девушкой.

Мери Уитни иссякла. Лучшее — это наилучшее. Остальное все дерьмо. Она не стала убеждать Кристу. Не стала убеждать себя, а решила применить свою последнюю увертку.

— Что я действительно думаю, так это то, что девушка здесь, возможно, не так уж и жизненно важна. Самая важная вещь — фотограф. Я собираюсь пригласить Стива Питтса. Он может из любой сделать конфетку. И тебе известно это лучше, чем кому бы то ни было. Именно он должен быть стержневой фигурой в моей кампании.