Только потом из машины наружу выбрался Иргаш. Он был одет в замшевую дорогую куртку, в бриджи цвета хаки, в коричневые сапоги. В левой руке Иргаш держал стек, которым то и дело постукивал по голенищу.

Он приблизился к майору:

— Директор турецкой фирмы «Турансу» доктор Садилкар-оглу. С кем имею честь? Представьтесь. И покажите документы.

Готовясь к встрече с экспедицией, майор предусмотрел разные варианты возможного разговора. Он был готов услышать все — возмущенный наступательный крик руководителя экспедиции, либо заискивающий испуганный лепет с предложением откупиться. И любой из этих вариантов сулил успех. К тому, что случилось, майор готов не был. Ко всему перед ним стояли военные с оружием.

— Майор милиции Арсланбай. Из Туркестана пришло сообщение, что какие-то люди из вашей экспедиции (в первоначальном варианте майор хотел обвинить во всем самого начальника, но теперь уменьшил масштаб притязаний) совершили преступления. Я вынужден задержать вашу колонну.

Андрей, глядевший на то, как держался майор, сразу понял, что он дилетант, привыкший дуриком останавливать транспорт добропорядочных граждан, и без стыда и совести драть с них деньгу.

Уверенность в том, что форма дает человеку власть, сыграла с майором злую шутку.

Пока Иргаш неторопливо беседовал с майором, люди майора без суеты и лишних движений, открыто демонстрируя оружие, взяли обоз в живое кольцо.

— Значит, начальник милиции? — Иргаш открыл удостоверение, осмотрел фотографию, прочитал записи. — Очень странно. Я, майор, думал, что ты атаман дорожных бандитов. Правда, фамилия у тебя богатая — Арсланбай. Повелитель львов. Здорово!

Мордастый мент с жидкими обвислыми клочьями усов под носом старался держаться с гонором. Его волнение выдавало только взмокшее от пота лицо. Крупные капли пота стекали с висков по щекам.

— Господин майор, — Иргаш выглядел абсолютно спокойно. Он не нервничал, говорил тихо, но так, что каждое его слово ложилось гирей на чашу весов беседы. — Вы уже сейчас допустили несколько грубых ошибок. Прежде всего, в мусульманском мире, встречая знакомых и незнакомых, правоверных и иноверцев, простой человек и представитель власти должен пожелать им мира и благословения Аллаха. Вы встретили нас, турецкую экспедицию, положив руку на пистолет. — Иргаш повернулся к Кашкарбаю. — Господин доктор Шакуров, попрошу вас незамедлительно связаться с канцелярией президента Султанбекова. Сообщите, что некий наглец в погонах встал против дружбы Казахстана и Турции…

Арсланбай уже готов был забить отбой, но обстоятельства изменились. Если этот тип и в самом деле имеет связь с Астаной, его, Арсланбая, песня спета. А значит, обстоятельства требовали довершить начатое дело и положить конец тем, кто встал на его дороге.

— Вы делаете ошибку, — собрав всю выдержку в кулак, сказал майор Иргашу. — Я вынужден буду прибегнуть к силе и разоружить ваш отряд.

— Кара, — позвал Иргаш, отворачиваясь от майора. — Раздень мента. Сними с него форму. Аллах не любит, когда перед ним предстают взяточники в погонах.

Майор понял, что судьба его решена. Он, все еще не теряя надежды выкрутиться, рухнул на колени, заломил руки над головой и заголосил по-бабьи:

— Ой, баяй! Признаюсь, виноват! Я не должен был это делать с вами. Моя вина!

— Вставай и раздевайся! — Кара подошел к майору и пнул его в плечо. Тот повалился на бок.

— Не вина, — сказал Иргаш, — а роковая ошибка. Ты собирался схватить за веревку, которой завязан мешок с деньгами, а ухватил за хвост тигра.

— Раис, пощадите!

Майор уже стоял раздетый до подштанников и жался от холодного ветра, дувшего с гор Кара-Тау.