|
Было поздно, здоровенная махина не могла остановиться, как водитель ни жал на тормоза. Гидеону, замершему на «зебре», осталось только зажмуриться. Огромные колеса автобуса вдавили в асфальт нескольких несчастных, после чего отчаявшийся водитель, наверное, вообще бросил руль. Автобус понесло в сторону с рвущим барабанные перепонки визгом резины, окутавшейся дымом. Открыв глаза, Гидеон увидел, как автобус таранит автомобиль за перекрестком. Пассажиры в панике разбили окна, открыли заднюю дверь и посыпались наружу, топча друг друга в попытке спастись.
Где же «навигатор»? Гидеон увидел его в квартале от эпицентра событий. Постояв от силы две секунды, машина сорвалась с места, свернула со Сто шестнадцатой улицы на Вторую авеню и исчезла. Гидеон подбежал к такси. Оно лежало кверху колесами, въехав капотом в ресторан. Раненые были повсюду: одни шевелились, другие лежали неподвижно. По тротуару растекался бензин, бодрый ручей уже приближался к горящему автобусу. Мгновение — и прогремел оглушительный взрыв, подбросивший автобус в воздух. Пламя взметнулось на высоту третьего или четвертого этажа, озарив всю безумную картину адским светом. Сотни людей в окрестных домах распахивали окна, высовывались, показывали пальцем на развороченный перекресток. Воздух уплотнился от всевозможных звуков: криков и воплей, предсмертных стонов, нескончаемого агонизирующего воя автобусного гудка, треска огня. Гидеону оставалось одно: постараться не сойти с ума. Он опустился на четвереньки и заглянул внутрь перевернутого такси. Сторона водителя была полностью смята, бедняга таксист, обсыпанный стеклом, был буквально вдавлен в искореженный металл. By, зажатый на заднем сиденье, был еще жив: глаза широко распахнуты, губы шевелятся. Увидев Гидеона, он потянулся к нему окровавленной рукой. Гидеон рванул дверцу, но надеяться ее открыть было бы смешно. Тогда он лег плашмя, заполз в разбитое окно, схватил ученого за обе руки и с максимальной осторожностью вытащил его на тротуар. Сильнее всего у By пострадали ноги: штанины промокли от крови. Гидеон унес его подальше от быстро распространяющегося пожара и осторожно положил на асфальт. Он хотел набрать на сотовом телефоне 911, но сквозь какофонию и так уже прорывались со всех сторон завывания пожарных и полицейских сирен. Он, даже не оглядываясь, чувствовал у себя за спиной толпу: зеваки завороженно любовались происходящим с безопасного расстояния. Внезапно ученый вцепился окровавленной рукой в рукав водительской униформы, в которой Гидеон приехал его встречать. Выражение его глаз было донельзя изумленным: произошедшее превзошло его понимание. Он попытался что-то сказать. — Не понял… — Гидеон прильнул к нему вплотную, приложил ухо к его губам. — Роджер? — выговорил китаец с сильным акцентом. — Роджер? — Роджер, Роджер, — нашелся Гидеон. — Он самый и есть. By пролепетал что-то по-китайски, потом сказал по-английски: — Запиши, скорее! Восемь семь один ноль пять ноль… — Подождите… — Гидеон нашел в кармане карандаш и клочок бумаги. — Еще раз! By диктовал свои цифры, Гидеон послушно их фиксировал. Он уже не замечал акцента: голос был четкий, педантичный — голос ученого. «8710500330220140104783641560022112051971501351010017502503362992421140099170520090080070040035002 78100065057616384370325300005844092060001001001001…» От усердия Гидеон даже вспотел. — Все? — спросил он с надеждой. By кивнул и, обессиленный, закрыл глаза. — Вы знаете, как с этим поступить, — прохрипел By. — Как раз не знаю. Подскажите! Но By уже лишился чувств. Гидеон выпрямился. Голова шла кругом, он чувствовал себя непроходимым тупицей. |
