Великан даже не заметил этих слов. Он соскочил с седла на землю и, пригнувшись, нырнул под ель. Почти сразу же в его круглую, багровую от натуги физиономию уставился перепуганный Тэм Гили. Хелот продолжал лежать неподвижно, полуприкрыв глаза.

    – Ой! Кто здесь? – дурашливо удивился великан и, подцепив Тэма пальцем за ворот, выволок мальчишку из-под укрытия на свет Божий. – Что это ты тут прячешься?

    Отон сделал шаг вперед.

    – Он предатель, – сказал маленький лесной житель так спокойно, что у Тэма от страха онемели руки. – Он из Народа, разве ты не видишь? Он один из нас, а служит какому-то дакини.

    – Да-а? – протянул великан и с новым интересом воззрился на Тэма. – Если он из Народа, это меняет дело…

    – Я сам дакини! – закричал Тэм, извиваясь в попытке вырваться на волю из великаньих лап.

    – Дакини – презренная раса, – отрезал Отон.

    – Ну и пусть! – вопил Тэм. – Пусть презренная! Я не хочу принадлежать к вашему Народу! Я хочу остаться с ним…

    Великан хрюкнул носом и неожиданно толкнул Тэма в руки Отона.

    – Подержи-ка этого звереныша, Отон, – сказал он. – А я покамест погляжу, кого это он так яростно защищает.

    Тэм содрогнулся, когда маленькие крепкие руки взяли его за плечи. Затем одна ладонь сжала запястья мальчика, да так сильно, что он, как ни старался, выдраться так и не сумел. Вторая ухватила за волосы. Тихий голос проговорил над самым ухом:

    – Лучше не дергайся, ты… раб дакини.

    Великан выпрямился, придерживая Хелота, чтобы тот не рухнул. Глаза у лангедокца были мутные и ничего не выражали. При виде своего хозяина Тэм скрипнул зубами, однако, помня наказ, дергаться не посмел.

    – Этого дакини я забираю с собой, – объявил Теленн Гвад. – Он, кажется, умирает. Госпожа Имлах будет в восторге. Она обожает хворых. Хо, хо!

    – Что ж, честный дележ, – заметил Отон. – Дитя Народа пусть останется с Народом. Ты ведь не станешь препятствовать этому?

    – Когда это я чинил препятствия Народу? – сказал великан и затрясся от хохота.

    – Господин! – закричал Тэм и бросился вперед, увидев, как великан усаживает Хелота в седло. Бессильно мотнув головой, Хелот опрокинулся на шею лошади и обхватил ее руками. Великан весело махнул Отону и затопал по кустам, ведя терпеливую мохноногую лошадку в поводу. Глотая слезы, Тэм смотрел им вслед, покуда Отон не дернул его за волосы и не потащил за собой в противоположном направлении.

    * * *

    Гулкий бас прокатился по замку Аррой, отзываясь в самых дальних его уголках:

    – Имлах! Имлах! Имлах!

    По каменной лестнице дробно застучали деревянные башмаки. Задрав бороду, великан смотрел, как навстречу несется Имлах: полосатые юбки вздымают тучи пыли, соломенные косицы прыгают по плечам, большой детский рот растянут в счастливой улыбке. Спрыгнув с последней ступеньки и едва не своротив огромный ушат, наполовину заполненный водой, госпожа Имлах бросилась ему на грудь. Росточка она была для великанши небольшого – и двух метров не наберется.

    – Хо, Имлах! – прогрохотал рыжебородый, хватая ее за талию и поднимая в воздух. С одной ноги Имлах слетел деревянный башмак, когда она задергалась, хохоча и пытаясь высвободиться.