– Пока я здесь, разумеется, не сожрут, – важно ответил Иллуги. – Ведь вы избрали дамой сердца мою дочь. Разве я могу допустить, чтобы Имлах была огорчена? Разве я смогу видеть ее расстроенное личико? Нет, я не могу этого допустить, я не смогу этого видеть. Я должен охранять вас.

    – И на том спасибо, – проворчал Хелот.

    Иллуги отогнал подальше любопытствующих троллей и уселся опять к своему костру.

    – Прошу, – пригласил он своих гостей и принялся колдовать с чайником, в котором варился какой-то темный напиток.

    Гости не без опаски пристроились поближе к хозяину.

    – Да, трудное дело вы затеяли, сэр Хелот, – снова заговорил Иллуги. – Трудное, но почетное и достойное воина. Я, правда, не видел ни одного дракона, но от гномьего племени доходили слухи об их свирепом нраве и ужасных обычаях. Да и богиня Боанн предостерегала от их коварства. Велика, мудра, исполнена доброты Боанн! И как у такой благонравной богини мог родиться столь беспутный отпрыск! – Иллуги покачал своей крупной головой.

    – А богиню Боанн вы тоже не видели? – спросил Тэм, придвигаясь поближе.

    – Видел. Выпало счастье видеть эту спасительницу нашего народа. Глаз не оторвать, такая красавица, хотя, конечно (да простится мне эта дерзость), краше моей Имлах не найти.

    Иллуги на секунду задумался.

    – Да, – выговорил он наконец. – Извести проклятого супостата непросто. Подготовиться надобно не спеша, основательно. Известно ли вам что-либо о драконьих повадках?

    – Кое-что, – ответил Хелот. – В моем мире драконов, по-моему, давным-давно извели, если они вообще были. Но сохранились книги и письменные свидетельства, к которым, как к живительному источнику, я прикладывался в былые времена.

    – Это хорошо, – одобрил Иллуги. – Вряд ли наш Демиург придумал что-то такое, к чему и оружия не подберешь. Но говорят еще вот что. Будто бы дракона может убить не всякий меч, а только тот, что закален в источнике мудрости. Ибо в тот момент, когда герой отрубает дракону голову, из перерубленной шеи начинает фонтаном бить ядовитая кровь. Одной капли, попавшей на кожу, достаточно, чтобы умереть в страшных мучениях. И только меч из источника мудрости остужает драконью кровь, и она не выходит из жил убитого чудовища. Имя же этому мечу – Секач.

    – Предположим, – сказал Хелот. – В таком случае мне необходим такой меч. А как здесь с источником мудрости?

    – Есть. Бьет между корней одной высокой сосны. Я храню там свой глаз. Вполне возможно, что в незапамятные времена в этих водах и был закален меч по имени Секач. Мне об этом ничего не известно. Скорее всего, волшебное оружие прячут под землей гномы.

    Хелот задумался:

    – Подождите-ка… Вроде бы один из гномов был среди гостей барона.

    – Верно. Почтеннейший Лоэгайрэ. Да только у него снегу зимой не допросишься. Первейший жадина во всей округе. Его даже сами гномы называют Лоэгайрэ Скупой, а уж если такие скареды, как гномы, придумали ему такое прозвище, значит, нам с вами у него ничего не отломится.

    – Это мы еще посмотрим, – сказал Хелот. – Может быть, мне удастся его уговорить.

    Иллуги покосился на смуглого черноволосого спутника лангедокца.