Контактер изъяснялся на чистейшей земной лингве. На миг все четверо онемели, затем Климов произнес:

    – В отчетах Тревельяна сообщается, что он оставил здесь кристалл с призрачным Советником. Его далекий предок… какой-то офицер Звездного Флота…

    – Какой-то! Я для тебя какой-то, сопляк! – рявкнул Контактер, обладавший, видимо, отличным слухом. – Я коммодор Олаф Питер Карлос Тревельян-Красногорцев, герой битвы у Бетельгейзе! А нынче – правая фардантова рука! – Помолчав, он добавил: – Грмм… и левая тоже.

    Консул сделал знак приветствия.

    – Рад встретиться с вами, Олаф. Или вы предпочитаете другие свои имена?.. Я – Мохаммед Ортега, консул ФРИК. Мои помощники: Петр Климов, ксенолог, и Оя Гэндзо, психокибернетик. А это…

    – Лейтенант Бейкер, – буркнул десантник.

    Ступни Контактера с лязгом сомкнулись. Покачавшись взад-вперед, он снова расставил длинные ноги и опустил корпус на землю.

    – Никаких Олафов, Ортега, никаких Питеров и Карлосов. Обращайтесь ко мне «командор», я привык к этой кличке. А ты, лейтенант… Как стоишь перед старшим по званию? Ну-ка, оболтус, доложи по всей форме!

    Десантник вздрогнул, отсалютовал тяжелым излучателем и вытянулся во фрунт.

    – Роберт Юсуф Бейкер, лейтенант Десантного корпуса! Дивизия «Ваал», сто тридцатый батальон, рота «Б»! Мое задание: обеспечить безопасность группы контакта!

    – Уже лучше, парень, уже лучше. А почему у тебя воротник расстегнут? И пояс не на месте? Положено, чтобы пряжка была точно у пупа, а у тебя на палец выше. На целый палец, говорю!

    – Ну дает! – прошептал Климов.

    – Старая школа, – заметил Гэндзо.

    Лицо Бейкера побагровело.

    – Это невозможно, коммодор! Со всем уважением, невозможно! Пряжка, пояс, воротник… Откуда? Я ведь в боевом скафандре, а в нем нет…

    – Хочешь поспорить? – прорычал Контактер. – Запомни, лейтенант: если старший по званию говорит, что у тебя выросли рога, не нужно щупать лоб, чтобы в этом убедиться! Нужно верить! Малейшее сомнение в словах начальника ведет к сомнению в его приказах, а это уже проигранный бой. Ты понял, недоумок?

    – Так точно, понял!

    Агрегат вытянул ноги, со скрежетом потер ступню о ступню и сообщил:

    – Не обессудь, парень, так уж меня учили лет пятьсот-шестьсот назад. Боеспособность Флота превыше всего… – Пятна на его корпусе собрались в зеленый кружок и вспыхнули ярче. – Теперь перейдем к делу, консул Ортега. Фардант, мой… грмм… повелитель, установил контроль над этим миром. Он не возражает против археологических изысканий, равно как и строительства орбитальной базы, если Флот намерен здесь обосноваться. Однако есть определенные условия.

    – Я слушаю, – сказал Ортега.

    – Фардант намерен восстановить популяцию живых обитателей планеты. У него имеется древний генетический банк, и он уже клонировал сотню-другую особей. Ему нужна помощь в их… грмм… воспитании. Он полагает, что люди справятся с этим лучше, чем роботы.

    – Принято, командор. Есть другие пожелания?

    – Да. Энергетические и сырьевые ресурсы Хтона истощены. Необходимо их восстановить.