Сюзанн удивленно посмотрела на Бэкки.

— Разве ты не продаешь все Сэму, как обычно? Он был другом Мэтта. Я уверена, он предложит самую высокую цену.

Бэкки поправила прическу.

— Там видно будет. Если Сэм предложит больше всех, я продам скот ему. Но как справедливо заметил Джош, в ближайшие несколько дней отдыхать нам не придется. Попросишь Бэтти Уорнер и Дойс Фуллер приехать и помочь нам с едой? А я позвоню, поинтересуюсь, кто сможет прислать нам на помощь нескольких мужчин с ферм. — Бэкки едва удержалась, чтобы не взглянуть на Джоша — узнать, не противоречат ли ее слова его планам. Но, в конце концов, это ее ранчо!

— Ой, я забыла сказать тебе вчера! — начала Сюзанн.

— Что сказать? — Бэкки приготовилась к худшему.

— Миссис Браун из Церковного комитета остановила меня вчера в городе и спросила, внесем ли мы вклад в ежегодную благотворительную продажу выпечки. Я ответила: да. Я испеку пирог, а ты — несколько дюжин пирожных.

Бэкки поперхнулась.

— У меня нет времени на приготовление пирожных. Сначала нужно было спросить меня, Сюзанн.

— Я не думала, что для тебя это проблема. Всего лишь несколько дюжин пирожных. А я их отвезу.

— У меня нет времени, — повторила Бэкки.

— Только несколько дюжин…

— Она же сказала «нет», — вставил Джош.

— Что? — вспылила Сюзанн.

— Твоя сестра сказала «нет». Если у нее нет времени, чтобы испечь пирожные, это сделаешь ты. Твоя же идея…

— Кто дал тебе право говорить за Бэкки? — возмутилась Сюзанн.

— Я не говорю за нее. Я объясняю тебе ее слова, которые, ты, видимо, не поняла.

Сюзанн вскочила, щеки ее горели.

— Бэкки, скажи этому ковбою! Как он смеет так со мной разговаривать!

Бэкки взглянула на сестру и впервые почувствовала, что сможет настоять на своем в споре с Сюзанн.

— Джош прав, Сюзанн. Я сказала «нет». Я не буду печь пирожные.

— Но я пообещала миссис Браун, что ты испечешь.

— Значит, ты либо скажешь ей, что я не буду ничего печь, либо испечешь все сама. У меня и без того дел по горло.

— Но ты всегда пекла для Фонда…

— Это было раньше. Я бы испекла и в этом году, только ярмарка припозднилась. И еще: в следующий раз спроси меня, прежде чем что-то решать.

— Следующего раза не будет. Через две недели я уеду! — Сюзанн развернулась и вышла из кухни.

Бэкки была в смятении. Она понимала: нужно как можно быстрее сказать Сюзанн, что отец не упомянул ее в завещании. Но сначала необходимо разобраться с Джошем.

— Благодарю за поддержку, — проговорила она, избегая встречаться с ним взглядом. — Уже давно никто не принимал мою сторону.

— Не за что. Твоя сестра разозлилась — и только.

Бэкки почему-то нравилось, что он за нее заступился. Хотя ей казалось, что он слишком снисходительно относится к ее младшей сестре. Но ведь Сюзанн очень красивая, и об этом нельзя забывать.

— Я позвоню и попрошу, чтобы нам прислали людей на помощь, — сказала Бэкки, направляясь в кабинет.

Джош наблюдал за ней, едва удерживаясь, чтобы не пойти следом. Какая же она хрупкая… И она была искренне благодарна ему. Значит, прежде никто не поддерживал ее.

Поправив шляпу, он покинул дом и пошел на конюшню. Если бы мог, он сделал бы все, чтобы Сюзанн оставила Бэкки в покое.

Позволит ли Бэкки ему остаться, когда будет сообщать Сюзанн об их семейных делах? Лучше бы ему присутствовать при этом.