Я приступаю, господа присяжные!

Итак, внимание!

Верзилов выходит на авансцену. Когда говорит, то обращается не только к присяжным, но и к зрительному залу

Я обвиняю!!!

Перед лицом последнего Страшного Суда -

я обвиняю Сталина в преступлениях против человечества!

Я обвиняю Сталина в том, что он убил миллионы людей!

Я обвиняю Сталина в том, что он пытал, унижал, морил голодом, подвергал издевательствам миллионы невинных!

Обвиняю Сталина в интернациональной агрессии и в преступных геополитических действиях.

Обвиняю Сталина в том, что он посеял в людях страх!

Я обвиняю Сталина том, он создал угрозу безопасности для всей планеты!

Обвиняю Сталина в том, что он спровоцировал возникновение фашизма!

Обвиняю Сталина в том, что он способствовал распространению коммунистической идеологии!

Господа, я представляю сегодня Страшный Суд — и от имени Страшного Суда я обвиняю!!!

Аплодисменты, все встают. Верзилов снимает судейскую шапочку и раскланивается. И Сталин привстает и тоже коротко кланяется налево и направо.

История преступлений Сталина неотделима от истории преступлений коммунистической идеологии — поэтому я прошу Страшный Суд принять во внимание преступления Пол Пота и Ким Ир Сена, Мао Цзэдуна и Ленина! Все это звенья одной цепи!

СТАЛИН. Протестую, Ваша честь.

ГЕНКИНА. Поскольку обвиняемый Джугашвили-Сталин сам вызвался себя защищать, ему предоставляется право выступать с замечаниями по ходу чтения обвинительного заключения.

СТАЛИН. Благодарю, Ваша честь. Хотелось бы обратить внимание суда на тот немаловажный факт, что я могу отвечать лишь за собственные преступления. Приведу пример. Если бы Ваш супруг, господин Генкин, был приговорен к каторжным работам на основании того, что он финансист, мы могли бы возмутиться. Конечно, финансисты — порочные существа. Однако нужны показания конкретно против господина Генкина, чтобы его приговорить.

ВЕРЗИЛОВ. Преступления Сталина носят видовой характер, Ваша честь! Они типичны!

СТАЛИН. Не более типичны, чем преступления капиталистов и буржуев всех мастей.

ГЕНКИНА. Возражение принято. Господин обвинитель, прошу вас воздержаться от обобщений.

СТАЛИН. Хотел бы обратить внимание суда на отсутствие доказательной базы в обвинительном заключении. Убил миллионы! Очень хорошо. Будьте добры: конкретную цифру, кого, когда, в котором часу, орудие преступления? И вообще, что такое миллионы? Сколько народу конкретно?

ГЕНКИНА. Возражение принято. Придерживайтесь фактов.

ВЕРЗИЛОВ. Хорошо, Ваша честь.

Итак, факты. Первыми шагами на кровавом пути Сталина стали бандитские налеты на банки. Под предлогом пополнения партийной кассы налетчики грабили финансовые учреждения.

ГЕНКИНА. У вас есть возражения по данному пункту, обвиняемый?

СТАЛИН. Стандартные возражения, ваша честь. Где даты, факты, свидетельские показания? У меня есть сведения, что в молодости обвиняемый был поэтом.

ГЕНКИНА. Возражение принято. Переходите к конструктивной части, господин прокурор.

ВЕРЗИЛОВ. Вступив в преступную партию большевиков, Сталин становится соучастником вооруженного бандитского формирования. Суд располагает уликой: членский билет так называемой партии большевиков.

показывает членский билет

Эта организация, возглавляемая террористом Ульяновым-Лениным, снабжается деньгами германской разведки. Обвиняемый Сталин принимает участие в подготовке так называемой Октябрьской революции, а по существу, в подготовке вооруженного переворота. В результате, власть в стране перешла к террористической организации, а цивилизованные граждане лишились собственности и подверглись преследованиям. Миллионы людей были вовлечены в так называемую Гражданскую войну. Я обвиняю, Ваша честь, этого человека в том, что он состоял в преступной организации, снабжаемой деньгами из-за границы — и нацеленной на развал государства.