Летняя жара достигла своего пика, равно как и холодность Авериуса Гарана, который однажды за ужином сердито проворчал, что раз дочь так занята собой и заботами о новой семье, то, быть может, им всем тоже следует позабыть о ней и жить дальше. Пусть будет счастлива с Мейхартом в Нордвуде, а Иврос пусть заведет себе собственную семью и не рвется к ней. В Идарисе достаточно достойных девушек, готовых отдать все за возможность стать спутницей жизни лорда-протектора.

Конечно, Ив понимал, что это было сказано от большой обиды, и даже догадывался, что Гвин наверняка ощущала то же самое, оттого и писала реже и сдержаннее. Но легче от подобных выводов не становилось.

До дня летнего солнцестояния оставалось две недели.

* * *

Кабинет лорда-протектора Хагмора находился на один этаж ниже императорской приемной. Он был намного меньше, чем у Салдора Септиана, но нравился Иву гораздо больше.

Стены здесь покрывали панели из белого дерева, которые чередовались с мозаиками из белого и серого мрамора. С потолка свисала большая серебряная люстра для двух дюжин свечей. Канделябры поменьше располагались в простенках прямо на деревянных панелях. Мрамор на полу имел сероватый оттенок в тон мебели. Над камином в одном конце помещения висела черно-белая карта. В другом конце кабинета стоял письменный стол с тяжелым черным креслом. За ним тянулись шкафы для бумаг со стеклянными дверцами, которые запирались на ключ. А в центре комнаты стоял круглый черный стол и двенадцать серых стульев вокруг него. На столе возвышалась круглая белая ваза со свежими цветами от Евании или кого-нибудь из жителей. Алиссана меняла букеты почти каждый день.

Окна в кабинете выходили на площадь перед императорским дворцом. Здесь было светло, но не так строго, как у Салдора Септиана, поэтому Ивросу здесь нравилось, а его верная веснушка обустроила себе уютный уголок в небольшой приемной перед кабинетом.

Для ожидающих просителей выделили лишь один изумрудно-зеленый диван, да и стол из белого дуба был у канцеляристки не таким высоким и громадным, как у Хиннари. Но зато имелись удобные комоды, на которых стояли кашпо с растениями, а в углу красовался огромный земной шар, который свободно вращался на своей ажурной подставке из серебра. На этом шаре из кусочков дерева разных пород был вырезан весь мир, и крутить его можно было как угодно. Вся штука состояла в том, что внутри шара скрывалось свободное пространство с особой подставкой, которая не вращалась никак. Эту диковинку Ивросу подарили дверги из кузнечных цехов. Они с довольным видом намекнули, что если спрятать внутри некоторые напитки, с ними ничего не произойдет. Но Алиссана обычно прятала там что-нибудь съестное на случай, если некогда будет пообедать. А еще хранила прямо на своем столе громадную круглую банку с домашним печеньем. Она угощала им посетителей (чем вызывала неодобрение Хиннари, которая считала это глупостью) и подкармливала своего «господина», когда тот вдруг начинал на кого-то сердиться.

Тем летним утром банка стояла на столе нетронутой, а самой Тарнен на месте еще не было из-за того, что час был слишком ранний.

Ив прошел в свой кабинет и плюхнулся в кресло, оставив дверь приоткрытой.

Его уже ожидала стопка бумаг. Лорд-протектор бегло просмотрел их: несколько жалоб, одна просьба о выделении средств для закупок в арсенал, приглашение на свадьбу от какого-то местного графа, отчет из Академии о том, как проходит охота на тварей Черного Двора.

Иврос развернул последнюю бумагу и начал внимательно читать. Почерк был ему незнаком. Судя по всему, писал кто-то из ректорских помощников, но внизу красовалась размашистая подпись Авериуса Гарана.

Забавно, но дома архимаг рабочие вопросы обсуждал мало, в основном потому, что Евания этого не одобряла.