Джонас пользовался популярностью среди товарищей, что явно впечатлило Мэгги; ей нравился дух приключений, связанный с исследованием океана. Спустя десять месяцев они поженились. Новобрачные переехали в Сан-Диего, где Джонас начал тренировки для сверхсекретной военной миссии в западной части Тихого океана.

Для скромной провинциалки из Нью-Джерси в Калифорнии открывались самые широкие возможности. Через три года Мэгги уже занималась журналистскими расследованиями, работая корреспондентом на местной станции телерадиовещательной компании Эй-би-си.

А затем случилось несчастье.

Джонас готовился пилотировать глубоководный обитаемый аппарат ВМС в Марианской впадине. Во время четвертого погружения на глубину тридцать пять тысяч футов опытный пилот внезапно запаниковал и слишком быстро поднял на поверхность глубоководный аппарат. Произошла разгерметизация аппарата, вследствие чего погибли двое находившихся на борту ученых. Джонас выжил – с большим трудом, – но в результате вышестоящий офицер полностью возложил на него вину за случившееся. В официальном рапорте его поведение было названо «аберрацией сознания на глубине», и этот инцидент положил конец карьере Джонаса в ВМС. И что хуже всего, все это отразилось на его психике.

Трехмесячное пребывание в психиатрической больнице закончилось увольнением со службы с лишением всех привилегий и пенсии, а также жуткой депрессией. Лечение в течение года у частного психиатра помогло Джонасу обрести новые жизненные ориентиры: бывший морской офицер решил специализироваться в области палеобиологии. В конце концов Джонас получил докторскую степень, написав книгу о вымирающих видах глубоководных животных.

Мэгги, лишившейся военной зарплаты Джонаса, очень быстро пришлось изменить образ жизни. Работа в Сан-Диего оказалась тупиком, одним словом, все пошло прахом.

А затем, совершенно случайно, Джонас встретил Бада Харриса, своего бывшего соседа по комнате в Пенсильванском университете. Харрис только что унаследовал отцовский судоходный бизнес в Сан-Диего. Они с Джонасом пару раз сходили на футбол, однако палеобиолог был слишком занят своими исследованиями и поэтому доверил жене развлекать нового лучшего друга.

Бад, воспользовавшись отцовскими связями, пристроил Мэгги на неполный рабочий день в местный морской журнал. А Мэгги, в свою очередь, убедила главного редактора, что заметка о судоходном бизнесе Бада прекрасно подойдет для воскресного выпуска. Для Мэгги это был отличный предлог сопровождать холостяка-миллионера в поездках по побережью, на его предприятия в Лонг-Бич, Сан-Франциско и в Гонолулу. Она брала у Бада интервью на его яхте, присутствовала на совещаниях, летала с ним на вертолете и училась управлять парусным судном.

Написанная статья, став темой номера, была опубликована в различных изданиях по всей Америке. Чартерный бизнес Бада Харриса пошел в гору. Бад в знак благодарности помог Мэгги устроиться в воскресную программу на телестанции Сан-Диего, где она делала двухминутные вставки для десятичасовых новостей. Вскоре ее повысили, доверив вести еженедельные обзоры по всей Калифорнии и Западному побережью.

И пока Джонас Тейлор отчаянно барахтался, продвигая свою книгу, Мэгги Тейлор успела стать местной знаменитостью.

Бад вышел из лимузина и протянул Мэгги руку:

– Может, мне тоже причитается награда. Что скажешь? Как исполнительному продюсеру?

– Не в этой жизни, – ответила Мэгги, отдав шоферу бокал. Алкоголь явно поднял ей настроение. Она улыбнулась Баду, и он повел ее по лестнице отеля «Дель Коронадо»; Джонас плелся сзади. – Если они начнут раздавать тебе награды, то на мою долю вообще ничего не останется.