– Мэгги, это сенсация! Джонас сейчас главный игрок, и ты могла бы добраться до него раньше других.

– Что верно, то верно.

– Только не забудь узнать у него о второй акуле!

У Мэгги екнуло сердце.

– Какой такой второй акуле?

– Той, что объела акулу, убившую сынишку Танаки. Все только об этом и говорят, но ребята из Института Танаки отказываются от комментариев. Джонас – единственный, кто точно знает, что произошло во впадине. Может, он согласится с тобой пообщаться?

Мэгги лихорадочно соображала:

– Хорошо-хорошо. Я еду на Гуам. А теперь слушай меня очень внимательно: я хочу, чтобы ты держал руку на пульсе. Постарайся выяснить, что собираются предпринять власти для обнаружения второй акулы.

– Мэгги, им даже неизвестно, выплывала ли она на поверхность. Команда «Кику» клятвенно заверяет, что акула не покидала впадины.

– Ладно, продолжай. Рано или поздно кто-нибудь, да заговорит. С меня еще штука баксов, если тебе удастся нарыть дополнительную информацию об этой второй акуле. Позвоню тебе, как только приземлюсь на Гуаме.

– Ты босс.

Мэгги выключила телефон.

Бад стоял рядом:

– Итак?

– Бад, мне нужна твоя помощь. У тебя есть знакомые на Гуаме?

Военно-морской госпиталь, Гуам

Представитель военно-морской полиции, дежуривший у палаты Джонаса в госпитале ВМС на Гуаме, мгновенно насторожился, когда к нему подошла Терри.

– Прошу прощения, мэм. Но никаких представителей прессы.

– Я не представитель прессы. Меня зовут Терри Танака. Я была с…

– Ой… тогда извините. – Полицейский отошел в сторону. – Мои извинения, мэм. И примите мои… соболезнования. – Он отвел глаза.

– Спасибо. – Тихонько постучавшись в дверь, Терри вошла в одноместную палату.

Джонас лежал в кровати, лицом к окну. Голова была забинтована, в левую руку воткнута игла капельницы. Услышав шаги, Джонас повернулся к Терри, вид у него был бледный.

– Терри? Мне очень жаль.

Терри кивнула:

– Как самочувствие?

– Уже лучше. Просто устал. А где твой отец?

– Занимается похоронами. Приедет утром.

Джонас снова повернулся к окну, не зная, что сказать.

– Это моя вина, я не должен был…

– Вы пытались нас предупредить. А мы вас высмеяли… особенно я.

– Мне не следовало пускать туда Ди Джея. Мне следовало…

– Джонас, прекратите! – не выдержала Терри. – Мне и со своей-то виной не справиться, не говоря уже о вашей. Ди Джей был совершеннолетним и точно не стал бы вас слушать. Он хотел спуститься во впадину, как, впрочем, и я. Мы все ужасно подавлены… Мы все в шоке. Я не знаю, что будет дальше. Даже боюсь так далеко загадывать… – Из ее миндалевидных глаз закапали слезы.

Терри присела на край кровати и, положив Джонасу голову на грудь, горько разрыдалась.

Джонас, пытаясь успокоить девушку, ласково гладил ее по волосам.

Через пару секунд она выпрямилась и отвернулась вытереть глаза:

– Вы застали меня врасплох. Я никогда не плачу.

– Ты не обязана всегда быть сильной.

– Нет, обязана, – улыбнулась Терри. – Ведь я говорила вам, моя мама умерла, когда я была совсем маленькой. Все эти годы мне приходилось самой заботиться о папе и Ди Джее.

– А как там твой папа?

– Ужасно. Мне надо помочь ему пройти через все это. JAMSTEC отнюдь не облегчает мою задачу.