|
Любовник зарезал мужа своей возлюбленной, потом убил ее саму, а затем безуспешно пытался вскрыть себе вены. Правда, это было в маленькой деревне недалеко от Сент-Антуана. "Он согласился с тем, что наш брак будет бездетным, а я со своей стороны пообещала ему, что никогда не буду встречаться с вами. Он знает, что я вам пишу, и не подвергает сомнению то уважение, которое вы всегда выказывали по отношению ко мне..." Время от времени в душе у Мегрэ что-то бунтовало. - Ты в это веришь, Жанвье? - Похоже, что все это искренне. - Прочти это! Письмо было написано три года спустя. "Я знаю, друг мой, что вы будете страдать, но, если это вас утешит, я страдаю еще больше вас..." Это было в 1915 году. Она сообщала, что Жюльен, брат принца де В., недавно погиб в Аргонне во главе своего полка. У нее снова был продолжительный разговор с мужем, приехавшим в Париж в отпуск. В заключение она писала любимому человеку, что ей придется спать с принцем. Конечно, она не употребляла таких слов. В письме не было не только ни одного грубого, шокирующего слова, но и сам факт был представлен как нечто нематериальное. "Пока Жюльен был жив, Юбер не беспокоился, уверенный в том, что у брата будет наследник и что фамилия де В..." Брата теперь не было. Значит, долгом Юбера было обзавестись потомством. "Я провела ночь в молитве, а наутро пошла к своему духовнику..." Священник согласился с мнением принца. Из-за любви нельзя допустить, чтобы угасло славное имя, встречавшееся на страницах истории Франции на протяжении пяти веков. "Я поняла свой долг..." Жертва была принесена, и родился сын Филипп. Она сообщила о его рождении короткой фразой, которая изумила Мегрэ: "Слава Богу, это мальчик!.." Не означало ли это, что, если бы родилась девочка, ей пришлось бы начинать все сначала? А если бы снова и снова рождались девочки? - Ты это читал? - Да. Оба они были во власти какого-то непонятного состояния, так как оба привыкли к суровой действительности, к страстям, которые завершались трагедиями и ими приходилось заниматься на набережной Орфевр. Еще бы немного, и Мегрэ засунул бы все эти письма в шкаф с зелеными занавесками на застекленных дверях, проворчав при этом: "Сколько глупостей!" В то же время он проникся каким-то уважением, почти нежностью, которую старался подавить. - Ты этому веришь? Снова герцоги, принцы, свергнутые короли, встреченные в Португалии. Потом путешествие в Кению вместе с мужем, затем в Соединенные Штаты, где Изабель чувствовала себя растерянной из-за суровости тамошней жизни. "...Чем больше он взрослеет, тем больше походит на вас. Не чудо ли это? Возможно, это Небеса воздают нам за принесенную жертву? Юбер тоже замечает это сходство и смотрит на ребенка как-то по-своему..." Во всяком случае, Юбер больше не был допущен на супружеское ложе, но и не искал утех на стороне. В письмах он был теперь не Юбер, а просто Ю. "У бедного Ю. появилось увлечение, и я подозреваю, что оно причиняет ему страдания. |
