– Думаю, нам и сегодня не избежать обсуждения принципов женской эмансипации.

– Вообще то я не противник женской независимости, – сказал он, глядя вперед и нажимая на педаль акселератора. – Дело не в этом. Я хотел бы… Мне необходимо оберегать вас.

Она озадаченно посмотрела на него.

Видимо, не желая развивать эту тему, он перевел разговор на другое:

– Не представлял, что такое возможно, но сегодня вы пели еще лучше, чем вчера.

– Вы были на спектакле?

Он утвердительно кивнул.

– Больше не пойду.

Она понимающе улыбнулась.

– Очевидно, вы столько раз слышали эту оперу, что она вам порядком наскучила.

– Музыка не может мне наскучить, – заметил он, крепко сжимая руль. – Причина этому – вы.

–Я?

Он хрипло рассмеялся.

– Первый раз, услышав ваше пение, я был совершенно выбит из колеи и думал, что это не повторится, но сегодня случилось то же самое. – Он потряс головой. – Просто наваждение какое то.

– Не понимаю, о чем вы говорите.

Он быстро взглянул на нее, и в его зеленовато голубых глазах мелькнул огонек.

– Я – человек ревнивый. Не желая делить вас ни с кем и ни с чем, я хотел, чтобы переживания, которые вы вызывали, были только моими.

Ее словно молнией пронзило, на минуту лишив дыхания.

– Я напугал вас. Теперь вы решите, что я сумасшедший. Возможно, так оно и есть.

– Напротив. Я должна быть польщена, – пролепетала она.

– И все таки вы думаете, что я сумасшедший, – он скривил губы в саркастической улыбке. – Что ж, вы правы. Я и сам о себе так думаю. Никогда не случалось со мной ничего подобного. Я все пытался убедить себя, что на меня магически действует только ваш голос.

Она бросила на него взгляд, и их глаза встретились.

– Конечно, голос.

Он покачал головой и перевел взгляд на дорогу.

– Лишь отчасти. – Немного помолчав, он добавил: – Вы вызываете у меня сильное желание. – Он услышал ее резкий вздох и бросил на Дейзи пронзительный, разящий как копье взгляд. – Это не может быть для вас новостью. Вы знали, что это так.

Да, она знала. Взаимное сексуальное притяжение возникло с момента их первой встречи.

– Это просто… влечение, – едва дыша, проговорила она.

– Нет, не просто. Это намного большее.

– Но я не хочу вступать с вами в связь, – сдавленным голосом проговорила она.

– Нетрудно было догадаться, – усмехнулся Джейсон. – Но и я тоже не хочу этого. Что же нам делать?

– Проигнорировать, – она нервно сжала пальцами ручку сумочки. – Возвращайтесь поскорее в Нью Йорк.

– Это не выход, – он криво улыбнулся. – И потом вы ошибаетесь. Я не могу не придавать этому значения. Знаете, о чем я думаю с той минуты, как вы сели в машину?

Она отрицательно покачала головой:

– И знать не хочу.

– А я все таки скажу. Я думаю о том, что ужасно хочу, чтобы вы расстегнули свою шелковую блузку и дали полюбоваться вашей грудью.

Широко открыв глаза и чувствуя, как по всему телу разливается жар, она инстинктивно прикрыла грудь руками, как бы защищаясь от его взгляда, скользившего от шеи к вырезу блузки.

– Я представлял, то есть мне бы хотелось, чтобы вы прижались ко мне и разрешили ласкать вас. Я думал о том, как было бы хорошо свернуть машину на обочину, выключить мотор и снять…

– Прекратите! – голос ее дрожал, и она тяжело дышала. – Мы не парочка влюбленных подростков.

– Подростком я ничего подобного не испытывал, – сказал он сдавленным голосом. – Говорю вам: то, что я чувствую, ново для меня.