Водоём раскинулся прямо посреди равнины. С той стороны виднелась деревушка, и кажется, именно там я принял первый бой примала. Бился с каким-то огневиком.

Я усмехнулся. А ведь прошло-то всего… сколько? Месяц хоть прошёл? А кажется, тысяча лет пролетела.

«А порассуждать, Марк?»

— Что мне ваши рассуждения? — вздохнул я, положив перед собой тушку зайца, — Вы вроде как всё знаете про Небо и Бездну, про творение мира, про Абсолюта…

«Что злой-то какой, поднёбыш? В тебя будто демон вселился!» — Белиар захохотал, и даже Хали, кажется, усмехнулась.

Я не знал, почему так вспылил. Просто сел на землю, а Инфериор прислал мне эмоцию обиды.

Слишком чувствительный стал в последнее время. Считываю всё с окружающих, как чистый лист. Бегаю тут, а карандашик прижали ко мне, как к белой поверхности, и поехала скачущая линия, будто сердцебиение.

— Про Инфериор нет ничего в ваших легендах. Его создали или он всегда был, на нём поселились или тут всегда жили нули, — я покачал головой, — Вы же знаете про легенды всех звериных стай?

«Ты про животных, которые дарили им силу?»

— Именно. Зелёные скорпы рассказывали, что их первый предок от кого-то спасался, и в долине его спас скорпион, — я попытался вспомнить ещё легенды, — У Речных Бобров… а, хотя про них лучше не вспоминать.

Меня разобрало на смех.

«Стоп, стоп, поднёбыш, а что там с Бобрами?»

«Да, Марк, вдруг это очень нужная легенда? Для Неба ведь любая мелочь важна!»

Я почуял, как коготки их любопытства залезают ко мне в память, и не стал препятствовать.

И тут демон увидел хохму из Шмелиного Леса про то, что первый Бобёр перепутал задницу огромного речного бобра с пещерой и укрылся там от врагов…

Его хохот оглушил меня, и кажется, красная сущность свалилась куда-то в пятки, превратившись во вздрагивающий от слёз комок.

«Не могу, поднёбыш!»

Хали тоже было весело, хоть она и пыталась быть поскромнее. Впрочем, основной посыл ангел поняла.

«Что ты этим хочешь сказать, Марк?»

Я пожал плечами:

— Да ничего. Помните свитки с рисунками, где нулям ангелы что-то принесли? А сейчас нули в рабстве. Первушники, которые от нулей практически не отличаются, — я перечислял, загибая пальцы, — Звери, которым открылась сила духа…

«Марк, писание Неба всё объясняет».

— Ага, конечно, — я скривился, и наконец озвучил свою мысль, — Я думаю, что и Тенебра, и Целеста с Медосом просто захватили Инфериор. Понимаете? Он защищается.

«Но Марк… а как же Абсолют?»

— А что Абсолют? Ноль достигает просветления, — я щёлкнул пальцами, — И вжух…

«Что вжух?»

— Нет его. Он другая личность, полетел создавать миры и всё такое…

«Но Марк, тот Абсолют, который тебя сюда прислал…»

Белиар перебил Хали:

«Именно! Этот страдает совсем другой хренью. Куда ни плюнь, одни тринадцатые.»

Я пожал плечами:

— Этого я объяснить не могу. Может, он другой?

«Марк, а мера человек? Что твой Инфериор думает о ней?»

Человек…

Тот, кто стоит перед выбором, как покинуть нижний мир. Вверх или вниз? Бороться или сдаться?

— Я вам оракул, что ли? — раздражённо бросил я, — Белиар, давай уже…

К счастью, погони я так и не заметил. Видимо, ушли в другую сторону.

Для черчения по земле пришлось поискать палку, потому как корруптовый наконечник мог спалить кролика.