Ангел подошёл к алтарю и стряхнул с него пыль. Обычным, до боли привычным движением ладони почистил его, цыкая при этом.

— Запылился совсем, — виноватый взгляд коснулся меня, — Совсем забыл, когда я молился Небу.

С рыком я подтянулся к мечу, ладонь легла на рукоять. Можно подумать, произойдёт чудо, и я смогу сразу одолеть падшего.

— А вдруг? — Эзекаил залился смехом, — Сильная воля, вдруг Небо заметит твои страдания и наградит новым даром?

Он хлопнул по алтарю:

— Да таким, что даже я, верховный серафим, диву дамся — ах, как владеет мечом этот человек, образ и подобие.

Эзекаил веселился, а демон во мне рычал от злости.

«Ну, ничего, посмотрим ещё, чья возьмёт.»

Я, наконец, коснулся камня, опёрся на локти, и схватился ладонью за верхний край. В который раз я уже подползаю так к алтарю?

Усмехаясь, я подтянул себя наверх.

— Белиар, тысячи лет я знаю тебя, — улыбался Эзекаил, стоя рядом, — Моё уважение, демон, ты достойный воин.

«Подотрись своим уважением, подпёрыш!»

Эзекаил обиженно поджал губы, но ничего не ответил.

Я же поднял голову. Небо, давай уже, отвечай.

Демоническая рука вдруг перехватила управление, смазала кровь с моих губ, и стала что-то рисовать на шершавой поверхности. Я не видел, что, так и продолжая смотреть наверх.

— Магия Абсолюта, демон? Смотрю, вам известны некоторые мелочи?

«В тебе есть кровь Халиэль, Марк. Ох, на хрен нам не сдалась эта девка, но предсказания надо исполнять.»

Я усмехнулся. Ну да, равновесие же. Рука демона и рука ангела…

— Равновесие, — засмеялся Эзекаил, — Да, сильная воля, зови уже Небо.

У меня скрипнули зубы, я опустил голову, разглядывая падшего. Почему мне кажется, что ангел продумал каждый свой шаг? Всё, что здесь происходит, это его план?

— Белиар…

«Что?»

— Мне это всё не нравится.

«Мне тоже, поднёбыш.»

Эзекаил чуть отошёл и поднял голову. Так же, как и застывший позади Зигфрид, он стал смотреть на звёзды. А потом приор исчез…

— У тебя нет выбора, — сказал падший, — Посмотри, Небо уже услышало тебя.

— Что?

Выпрямиться я не мог, не позволяла спина. Я посмотрел наверх, выгибая шею. Ничего, просто луна и звёзды.

«Сильная воля», — послышался голос.

Сколько я их уже слышал, этих голосов. Кто там теперь сверху?

«Наконец-то ты отозвался, сильная воля. Что ты хотел, человек?»

— Халиэль, — прошептал я и, не зная, что сказать, ляпнул, — Требую освободить её.

«Требуешь?», — и голос залился раскатистым смехом.

«Дай-ка я, поднёбыш!»

И мой рот задвигался по воле демона:

— В моих жилах право Джихаила, твоего верного херувима, отменить наказание, и вернуть Халиэль Огненн…

«КАК СМЕЕШЬ ТЫ, ДЕМОН!»

Меня чуть не приложило лбом об алтарь, так сильно ударило волей бога.

«О-о-о…», — демон внутри застонал, я чувствовал, как он бултыхается, оглушённый, — «Целес… целестовская… мразь…»

Рядом восхищённо забормотал Эзекаил:

— О, да. Это он. Великая сила, несоизмеримая мощь…

«Человек, ты подумал над моим предложением?» — как ни в чём не бывало, спросил голос.

Я вспомнил. Тот же голос, что и в белой пустыне. Какой-то бог, «ещё не ставший Абсолютом».