Рядом сидит ангел. Вернее, то, что от него осталось.

Мокрые крылья безвольно опущены, распластаны по земле, а лицо осунулось так, что было жалко смотреть. Кожа натянулась на скулах и челюстях, глаза запали… Лишь слабый золотистый свет ещё горел в глазах, как затухающее пламя свечи.

«Тадиэль, улетай, прошу тебя!»

Я догадался, вспоминая, что делал Инфериор с бесами. С ангелом происходило то же самое, если магия Абсолюта не поддерживала жизнь.

— Не те времена, Огненная. Ох… сейчас Каэлю нужны наши… жизни. По-другому его не вернуть, — голос ангела слабел.

«Но там, сверху, от тебя будет больше пользы.»

— Ты не видишь всей картины.

Я пытался привести мысли в порядок. Да, я действительно третий перст — столб духа отлично показывал мне это. Третья мера, третья ступень.

Быстрый осмотр тела показал, что всё цело. Я двинул рукой, ногой, потом сел. Протёр ладонями лицо.

Нулячья твоя мера, во что превратились мои доспехи? Всё рваное, от кольчуги не осталось и следа. Ноги босые. Перчатка так вообще куда-то делась, пара лоскутов осталась — Керт меня убьёт, это же было с его парадного костюма.

К счастью, мой талисман на груди пережил все приключения. Но я опять был почётным бомжом Инфериора. Когда уже найду достойное облачение?

А ещё рядом лежал сильверитовый клинок. Ну, хоть с этим куском металла ничего не случилось. Я машинально опустил ладонь на рукоять, оглянулся — враги могут быть в лесу.

— Никого там нет. Много времени прошло, все поднялись в Медос и Целесту, — успокоил меня названный Тадиэлем.

— Ты вытащил меня? — хрипло спросил я.

Тот вздохнул. Из его груди вырвался сиплый свист.

— Не каждый день я спасаю демонов.

Я сразу интуитивно поискал в душе Белиара. Он пока был в отключке.

— Кто ты?

— Обычный страж, ангел из Медоса.

— Обычный? А что, есть необычные?

— Там, наверху, своя иерархия.

«Ты давно должен был стать архангелом, Тадиэль.»

Тот усмехнулся.

— Быть может, если бы стал, сегодня я бы сражался на стороне Бездны?

— Ты был верен Каэлю? — спросил я.

— Я и сейчас верен.

— Но… — я замялся, — Он же был двуликим?

«Так это правда?» — Хали в душе удивилась.

— Мы сами в это не верили, — тяжко ответил Тадиэль, — Но, да…

Я сжал покрепче меч. Не поймёшь, кто враг, кто друг.

— Можешь убить меня, сильная воля, — Тадиэль покачал головой, — Но сам Каэль не был врагом. Он — не предатель.

Мои брови подпрыгнули. А ведь Абсолют сказал так же.

— То есть, не предатель?

У меня в голове всё смешалось. Двуликие, дьявол и бог в одном лице, вся эта путаница в том, что происходит в Инфериоре.

И вдруг — он не предатель. Когда Каэль говорил со мной через алтарь, он чётко намекал, что не рад мне.

— Каэль — пленник, — ангел сгорбился, опёрся ладонями об землю.

— Кто же может пленить бога? — спросил я.

— Разве ты не видел, на что способна та магия? — Тадиэль чуть кивнул назад, каждое усилие давалось ему с трудом.

«Улетай, прошу тебя.»

— Поздно, Огненная, сил уже нет.

«Верный мой соратник, прошу…»

— До сегодняшнего дня твой бог был вполне свободен, — намекнул я.

— У Эзекаила было слово нашего бога.