– Вас не надо было, – смилостивился доктор. – Но и его не надо. Его следовало отправить в психиатрическую лечебницу.

– Так отправляйте. Это, кажется, в вашей власти, а не в моей!

– Уже не в моей, – мрачно отозвался Филипп Филиппович. – Мои коллеги пришли к единодушному мнению, что Носов здоров. Сочли, что он поглумился над всеми – в том числе и надо мной. Что он элементарный хам, позер, аморальная личность, безнадежно испорченный тип, но никак не шизофреник.

– Лично я полностью с вашими коллегами согласна, – поддакнула я.

Он посмотрел на меня с сомнением, но предпочел никак не прокомментировать эту реплику.

– Теперь Носова расстреляют, – лишь буднично добавил психиатр. – То, что он якобы симулировал болезнь, якобы водил всех за нос, якобы издевался над следствием… все это послужит дополнительными аргументами к тому, что ему надо присудить высшую меру наказания.

– Уж не пытаетесь ли вы меня разжалобить, доктор? – фыркнула я.

– Нет, не пытаюсь, – вяло ответил он. – Я вижу, вас нипочем не проймешь.

– И вы чертовски правы, товарищ душевед! – воскликнула я.

Филипп Филиппович встал и демонстративно покинул кабинет. Так же, как сделала я во время нашей прежней встречи.

Я пожала плечами и вышла следом.

3.7.62

Суд закончен.

Приговор – высшая мера.

Справедливость восторжествовала.

Я отомстила.

И не пожалею об этом никогда!