Томас умолк.

Исключаются и живут в изоляции только старые самцы, сказал он.

Я оскорблен, сказал Мертвый Отец. Опять.

Тогда о жирафах говорить больше не будем, сказал Томас, лучше уж я объяснюсь. Представлю вам краткую форму, сказал Томас, основные дададанные. Я родддддддился дважды-двадцать-минус-один год назад в огромном городе, том же самом вообще-то городе, из которого мы тебя вычли. Как новое существо на земле меня, разумеется, отправили в школу, где я разумно успевал, за исключением случаев, когда разумно не успевал. В детстве у меня были все необходимые заболевания seriatim тут ветрянка, там корь, время от времени что-нибудь себе ломал, просто чтоб не отставать от сверстников, время от времени ставил фингал под глаз и получал фингал под глаз, просто чтоб не отставать от сверстников. После чего я перешел к высшему образованию, как его теперь называют, и вышеобразовывала меня бригада отдраенных специалистов в масках и мантиях, все до единого превосходные умельцы. Решено было, что образовывать меня будут до высоты двух метров, и за пппппппериод это и было совершено. Далее — мое выздоровление, истраченное, как полагалось, годилось, было естественно и правильно, на военной службе, главным образом — в далеких краях и странных сторонах, за ученьем, как отдавать честь и топать ножкой одновременно на английский мммммманер, навык, с тех пор для меня бесконечно полезный. А также как заводить дружбу с интендантом в столовой, навык для меня и прочая, и прочая. Также как копать латрину, в коей можно проводить множество счастливых и плодотворных часов, чем все мы занимались, за чтением великого Роберта Бёртона. Далее я вернулся на арену образования, где изучал одну из как-бы-наук, социологию точнее, но быстро сообразил, что у меня к ней нет таланта. Ддддддалее, всей душою и сердцем желая хранить верность чаяниям и предызмышленьям моего поколения, мальчиков 34-го года рождения точнее, я женился. Ох ну и женился же я. Я женился, женился и женился, переходя от комедии к фарсу, оттуда к бурлеску с невесомым сердцем. О радость о блаженство о радость о блаженство. Когда блаженство облажалось, а дым раздуло, я осознал, что породил, но лишь раз, nota bene nota bene. Затем период того, что я могу назвать лишь пробелом. В этот период я много своего времени проводил за наблюденьем того, как одномоторные летательные аппараты практикуют сброс скорости, надеясь, что двигатель откажет, и я смогу увидеть катастрофу. Ни один так и не отказал. После этого я приготовился перевлиться в сводный ор торговой жизни. Великолепно и без того оборудованный для ничего-конкретного я упромыслил себя в ячею «законодателя навахо», но обмишулился, поскольку, во-первых, я не навахо, а во-вторых, как вам известно, в нашей стране навахо не водятся. Жаль. Тянуть распевы мне вполне удавалось. Затем я немного побраконьерствовал. Умыкал форель из правительственных садков, по большей части жалкое презренное занятие, от кккккоторого низкое мнение, коего был о себе этот организм, никак не подымалось. Я вернулся туда же, откуда начал, в низкое мнение. После чего провел несколько лет в монастыре, но меня оттуда изгнали за чрезмерное потребление продукта, весьма изысканного коньяка. Затем я начал читать философию.

И чему же философия тебя научила? спросил Мертвый Отец.

Она меня научила, что у меня нет таланта к философии, сказал Томас, затттттто...

Зато что?

Зато я думаю, что чуток философии никому не помешает, сказал Томас. А поможет, чуток. Помогает. Это полезно. Примерно вполовину так же полезно, как музыка.

8

Собрание. Люди недовольны. Столпившись вокруг Томаса. Его оранжевое трико, оранжевые сапоги, серебряная ременная пряжка с рубинами, белая сорочка от «Сабатини». Его ясные и правдивые очки в золотой оправе. Жалобы людей: (1) Качество пеммикана (2) Что руководство в целом питается лучше, нежели рядовой состав (3) Что трос врезается в плечи и где обещанные толстые брезентовые рукавицы? (4) Эдмунд (5) Пайку рома можно было б и удвоить без вреда для высокой оценки, какую ставит руководству рядовой состав (6) Каков план на разбирательство с потенциально враждебными венедами? (7) Внимание женщин монополизировано руководством (8) Эдмунд (9) Женщины что, не могут хоть иногда выйти к ним поговорить? (10) Что Мертвый Отец — иногда мертвый груз, иногда живой груз, такое варьирование затрудняет исполнение больше строго необходимого, см.