— Я разрабатываю простое устройство, которое будет помещено на верхушке мачты, чтобы его не загораживал стаксель, и радиус действия которого будет превышать двадцать или тридцать миль обычного радара для небольших яхт.

— Стаксель — это передний парус?

— Да. Если мне удастся заставить радар работать, я попробую сделать такую конструкцию, чтобы он хранился внизу и поднимался на мачту фалом... Простите меня.

Он достал ручку и набросал чертеж на бумажной салфетке. Собственная ложь так захватила его, что он увлекся идеей сделать свою конструкцию съемной. Спрятав салфетку в карман, он вернулся к беседе, еще раз извинившись.

— Когда вы отплываете? — поинтересовалась Ажарату.

— Как только смогу. Я не хочу попасть в сезон ураганов.

— Сколько времени займет плавание до Монровии?

— Три недели или около того. «Лебедь» — очень быстроходная яхта.

— В одиночку?

— Что делать...

Боль никуда не ушла. Харден чувствовал, как она вторглась в его разум. Что, снова спросил он себя, что он мог еще поделать?

— Вам не будет скучно?

— Нет.

— А что происходит, когда вы спите?

— Яхта плывет. Автоматическое рулевое устройство управляет яхтой в зависимости от направления ветра и более-менее держит курс.

— А если вы окажетесь около суши или на судоходном пути?

Глаза Хардена слегка сузились. Он сказал:

— Тогда спать нельзя. Вообще-то раз мы заговорили о проблеме сна, я хотел попросить вас об одолжении. Мне нужны какие-нибудь средства против сна и антибиотики. Я не имею права выписывать рецепт в Англии. Если вы...

— Конечно. Но вы должны быть осторожны с лекарствами, пока не полностью оправились от сотрясения мозга.

— Я в полном порядке. — Он отхлебнул бренди. — Видите, я даже снова могу пить.

— Я никогда не плавала на яхте, — сказала Ажарату.

— Послезавтра я буду испытывать радар. Присоединяйтесь, — пригласил Харден.

— А я не буду мешать?

— Вы мне очень поможете, если позволите пристроить вас к работе. — Харден улыбнулся. — Соглашайтесь!

— Я насчет «Дракона», — объяснил Доннер.

— Ничего нового не найдено, — ответил Грандиг. По-английски он говорил совсем не так обаятельно, как на иврите.

— У меня возникло одно предположение, — сказал Доннер. — Проверьте все местные отели, рестораны и агентства по прокату автомобилей. Нужно найти богатого человека.

— Спасибо за идею, — ответил Грандиг, — но мы уже этим занимаемся.

— Я знаю имя.

— Что?!

— Только ничего не говорите своим друзьям.

— Почему?

— Это может быть очень важно для нас.

Читая в Кембридже курс истории, Доннер особенно заинтересовался Джорджем Вашингтоном, который тонко чувствовал связь власти и информации. В молодости Вашингтон был превосходным наездником и использовал свое мастерство и исключительную выносливость, чтобы регулярно совершать поездки между границей и Уильямсбургом и сообщать некоторым влиятельным людям о ходе войны с французами. Свежая информация укрепляла их позиции в Совете самоуправления колонии Вирджиния и делала их должниками Вашингтона. Через несколько лет их поддержка послужила его собственным амбициям.

Майлс Доннер удачно воспользовался примером Вашингтона. Начиная со времени образования Израиля он регулярно извещал Вейнтрауба о своих планах и часто консультировался с ним до разговора со своим непосредственным начальством.