— Что это вы здесь творите? — хрипло вскричал Бек. — Для него вы меня сюда привели? — Он не мог заставить себя посмотреть на оборудование в дальнем конце комнаты.

— В связи с крайней необходимостью. Пройдите вон туда — и увидите.

— Нет! — Бек рванулся к двери, однако его схватили и задержали в комнате. — Не желаю больше ничего видеть!

— Вы должны.

Ксексиане бесцеремонно развернули Бека и, несмотря на его отчаянное сопротивление, потащили через всю комнату к таинственным механизмам. Волей-неволей он был вынужден смотреть на то, что явилось его взору. На металлической решетке лежал лицом вниз ксексианин с широко разведенными руками и ногами. Голова его была стянута двумя полуобручами замысловатой конструкции, руки, ноги и туловище туго облегали стальные рукава. Над головой и плечами его свободно висела в воздухе тончайшая пленка из какого-то материала, прозрачного как целлофан. К немалому изумлению Бека жертва не была «читуми». На мужчине была одежда «таупту», на столике рядом покоился такой же шлем, какой венчал и голову Эпиптикса, но только с четырьмя зубцами. Фантастический парадокс! Теперь уже, скорее в замешательстве, Бек наблюдал за тем, как продолжался процесс, чем бы он ни был на самом деле — наказанием, пыткой, испытанием возможностей тела и духа.

К решетке подошли двое «таупту» в белых перчатках на руках, плотно со всех сторон прикрыли голову жертвы прозрачной пленкой. Ноги и руки ее судорожно задергались. Обручи внезапно озарились беззвучным ярко-голубым мерцанием — произошел разряд какой-то энергии. Жертва издала скрежещущие звуки, и Бек напрягся всем телом в крепких руках ксексиан. Последовал еще один разряд, сопровождавшийся голубым мерцанием, снова конечности жертвы задергались, повинуясь безусловным рефлексам, как лапки лягушки под воздействием электрического напряжения. Подпиравшие стену «читуми» издали жалкие потрескиванья. «Таупту» продолжали гордо стоять, исполненные непреклонной решимости.

Мучители поправили пленку на голове у жертвы, кое-где подтянули ее, чтобы она плотно облегала голову, следуя всем изгибам черепа. Еще раз ярко вспыхнуло голубое мерцание, снова из гортани несчастного раздались клокочущие звуки, затем тело распростертого на решетке «таупту» совершенно обмякло. Один из мучителей сдернул прозрачный мешочек с головы жертвы и поспешно унес его прочь. Двое других «таупту» приподняли тело потерявшего сознание мужчины и бесцеремонно сбросили его на пол, затем одного из «читуми» и с размаху швырнули на решетку. Ноги и руки его были связаны, однако он продолжал извиваться на решетке, пуская в ужасе пенные пузыри изо рта. В комнату снова внесли едва различимую пленку, которая, казалось, совсем не имела веса и могла плавать в воздухе, затем этой пленкой плотно закрыли голову и плечи «читуми».

Началась очередная пытка... Через десять минут тело «читуми», голова которого безвольно свешивалась вниз, отнесли к одной из боковых стен комнаты.

Эпиптикс вручил дрожащему всем телом Беку очки.

— Поглядите на очищенного «читуми». Что вы сейчас видите?

— Ничего, — ответил Бек, глянув в сторону решетки. — Абсолютно ничего.

— А теперь посмотрите вот сюда. Быстро!

Бек повернул голову и уставился в зеркало. Над его головою витало нечто абсолютно чуждое. Огромные выпуклые глаза глядели горделиво и совершенно бесстрастно из-за его затылка. Видение это мелькнуло всего лишь на какую-то долю секунды, затем совершенно исчезло. Зеркало затуманилось. Бек сорвал очки. Зеркало было абсолютно чистым, в нем он увидел только собственное свое мертвенно-бледное лицо.

— Что это было? — прошептал он. — Я увидел нечто такое.