Жердин устремила на Герсена взгляд, полный ужаса и изумления. Уже захотела что-то сказать ему, как на их стол легла чья-то вытянутая тень. Это был Альдо, голова его была откинута чуть назад, лицо выражало недовольство. Резко наклонившись к Жердин, он произнес:

— Прошу прощения, но ваша тетушка, Высокочтимая Мейнисс, очень встревожена тем, что вы не торопитесь присоединиться к ней.

— Хорошо, я сейчас же иду к ней.

— Вы планируете принять участие в экскурсии в пустыню? — спросил Герсен у Альдо.

— Не стану отрицать.

— И куда же вы намереваетесь отправиться?

— Мы посетим Чайльзы. — Голос Альдо стал совсем ледяным. — Идемте, коль вы пообещали, Жердин.

— Дарсайцы, как мужчины, так и женщины, как раз вот сейчас толпами отправляются в пустыню.

— Нас это совершенно не волнует, пока они стараются не попадаться нам на глаза.

— Они, возможно, даже станут приставать к вам.

— Мы наняли автобус. Водитель заявляет, что мы не будем испытывать даже малейших неудобств. В любом случае, мы ведь — метленцы. Дарсайцы будут держаться от нас подальше. — Он сделал шаг и встал рядом с Жердин. Она медленно поднялась из-за стола и, как сомнамбула, двинулась к своим соплеменникам, направляемая Альдо.

Герсен, оставшись за столом в глубоком раздумье, только через минут десять отправился к своему вельботу. Перед лестницей, ведущей в кокпит, снова остановился и стал пристально глядеть на восток, туда, где над пустыней поднялась озарившая небо полная луна. Всюду там виднелись люди, поодиночке или небольшими группами выскальзывающие из-под зонтов, пешком или в самых различных экипажах, женщины и девушки отдельно от юношей и мужчин. В полуразвалившемся багги на воздушной подушке выехал Делфин с тремя приятелями. Все они были в легких одеждах и красочных тюрбанах. Они оказались почти рядом с Герсеном, и он окликнул Делфина. Тот остановил багги, взметнув клубы песка. Когда кузов прекратил раскачиваться, Герсен подошел к багги.

— Как там сегодняшний вечер?

— Пока что все прекрасно.

— Вам удалось выявить еще хоть несколько акций?

— Нет. Как вы и предполагали, Бэл Рук вне себя от событий сегодняшнего дня. Он намерен выпороть и вас, и меня.

— Сначала он должен изловить нас, — сказал Герсен. — А затем еще должен поднять плеть.

— Верно. Как бы то ни было, но в Динклтауне вам уже не сыскать ни единой акции. Бэл Рук объявил большой хадавл с призом в тысячу севов. Роблеры должны отвечать или сотней севов, или двадцатью акциями «Котзиш» каждый. Нет нужды говорить о том, что все оставшиеся акции уйдут на покрытие ответных ставок.

— Очень жаль, — произнес Герсен.

— И все же вы проявили себя с наилучшей стороны и действовали очень мудро. Вы — человек хитрый. Вот только для чего вы нас задерживаете своими разговорами? Китчет пока что прямо-таки упиваются лунным светом!

Тут один из его приятелей не выдержал и добавил:

— Как и каждая вислобрюхая карга Раздела!

— Гляньте-ка вон туда! — в радостном изумлении вскричал вдруг Делфин. — Даже изнемогающие от запора метленцы и то вылезли, чтобы насладиться лунным светом! Обратите внимание на водителя автобуса. Это Нобиус, такой же продувной малый, как и вы!

Герсена подобный комплимент ничуть не смутил.

— Вы считаете, что Нобиус сыграет какую-нибудь злую шутку с метленцами?

Делфин весело взмахнул руками.

— Тут есть одна очень нежная китчет по имени Фарреро. С нее глаз не сводят охраняющие ее три чудовищные хунзы. Нобиус клянется, что сегодня ночью он овладеет Фарреро. Остается только посмотреть, как это ему удастся сделать, если он засел за руль автобуса метленцев! Все, нам пора двигаться дальше! Мирассу поднялась уже достаточно высоко.