— Ральф фон Фелькерзам погиб? — испуганно переспросила Ильзе. Она наморщила лоб, как будто снова собиралась заплакать.

— Он остался только для того, чтобы вывезти Вас, — задумчиво произнесла Маренн и тут же поймала красноречивый взгляд Ирмы: да она и сама поняла, что об этом не стоило упоминать. Ильзе и так досталось сегодня. Но из-за травмы Джилл Маренн изменила ее обычная сдержанность.

— Извините, — она произнесла уже мягче.

Фрау Ильзе кивнула и отвернулась. Она нервно сжимала пальцы рук и кусала губы, стараясь сдержать слезы. Ирма подсела к ней, успокаивая.

Маренн вышла из комнаты, прошла по основному залу бункера и, поднявшись наверх, попросила часового вызвать к ней начальника охраны. Затем снова вернулась в помещение. Она принесла стакан воды и успокоительное, порекомендовав Ильзе принять его.

— Так Вам будет легче, — сказала она. — Надо успокоиться. — И напомнила: — Вам предстоит еще долгий путь.

Ильзе Послушно выпила таблетки. Вскоре появился начальник охраны — штурмбаннфюрер СС. Войдя, отдал честь.

— Госпожа оберштурмбаннфюрер, — начал докладывать он, но Маренн сразу остановила его.

— Необходимо выделить людей для обеспечения безопасности семьи бригадефюрера Шелленберга во время следования в Тироль, — приказала она. — Я полагаю, Вы знакомы с его супругой. Фрау Ильзе Шелленберг, — представила она жену генерала, — и его сын, Клаус. Сейчас из Управления придет машина — шофер получит от меня инструкции. Но в создавшейся ситуации, я думаю, Вы понимаете, — заметила она со значением, — было бы верхом легкомыслия отпускать фрау Шелленберг без охраны. К сожалению, адъютант бригадефюрера, ответственный за выполнение его распоряжений, трагически погиб сегодня утром и пока в Управлении не могут решить вопрос с охраной. А фрау должна уехать сегодня же.

— Но господин бригадефюрер поручил мне охранять Вас, — возразил командир эсэсовцев, — это был его приказ. При любых обстоятельствах.

— Я ценю Вашу преданность, — ответила Маренн, слегка улыбнувшись, — но здесь нам пока хватит нескольких человек. Остальных я прошу передать в распоряжение фрау Шелленберг. В конце концов, наш с Вами прямой долг позаботиться о семье нашего шефа, ведь он всегда заботился о нас, верно?

— Слушаюсь! — ответ штурмбаннфюрера прозвучал не очень убедительно. Скрывая любопытство, он украдкой взглянул на Ильзе. Похоже, он и не догадывался о ее существовании, хотя и состоял в личной охране Шелленберга последние три года.

— Когда подготовить людей, фрау? — деловито осведомился он.

— Сейчас, — распорядилась Маренн. — Машина, я думаю, уже вышла.

— Ты хочешь оставить нас совершенно без защиты? — поинтересовалась Ирма, когда эсэсовец удалился.

— От кого нам здесь защищаться? — спросила Маренн, закуривая сигарету. Она предложила сигарету Ильзе. Но та отказалась, сославшись на то, что у нее болит голова. Конечно, фрау Шелленберг заметила удивленный взгляд офицера, брошенный на нее, и снова помрачнела. Ее угнетало сознание того, как мало она значила в жизни Вальтера, раз упоминание ее имени вызывает изумление даже у офицеров личной охраны бригадефюрера, а все кругом, судя по реакции этого солдафона, считают фрау Ким если не женой, то почти женой бригадефюрера.

Однако на этот раз Ильзе благоразумно решила сдерживать эмоции. Известие о смерти Фелькерзама и случайно вырвавшееся замечание Маренн навели ее на мысль, что ее капризы обходятся слишком дорого совершенно невинным людям, и она чувствовала свою ответственность. Наблюдая за ней, Маренн предпочла ее не трогать — пусть соберется с мыслями, настроится.

— Скоро, — с грустью ответила она Ирме, — у нас будет предостаточно охранников.