— Хорошо, — тихо сказал влахак. — Ты понимаешь, что я не могу доверять тебе?

— Понимаю ли я, что ты меня будешь допрашивать с ножом у горла? Да, конечно, это как раз на грани того, что может выдержать мой разум, — с сарказмом заявил Сарган.

«Если он почувствует, что виноват, то станет гораздо обходительнее», — злорадствовал Сарган, заметив тусклое выражение лица Стена.

— Ты прав, — согласился с ним воин. — Прошу прощения.

Сарган еще мгновение мрачно пялился на влахака, но потом кивнул и сделал вид, что сдался, хотя внутри он уже давно это сделал.

— Извинения приняты. Можешь ли ты мне сказать, почему ты ждал столько дней, чтобы поставить мне этот вопрос?

— Я… боролся с собой, — ответил Стен и пожал плечами. — Это не в моем стиле.

— Но ты подумал, что это в моем стиле, и хотел опередить меня? — предположил дириец, и Стен кивнул, извиняясь.

— Ты — шпион, ты сам сказал, что убиваешь за деньги.

— Убивал, — поправил его Сарган, и ложь легко слетела с губ дирийца. — Эти времена прошли. И ты убиваешь тоже.

— Да, знаю. Нам скоро придется сражаться. Значит, придется друг другу хотя бы доверять.

— Правильно, — согласился с ним Сарган. — Ты считаешь, что я все делаю из-за денег, не так ли? Ну, тогда так: мои заказчики хорошо заплатят мне за то, чтобы навредить гномам и выведать побольше их тайн. Цорпад работает с гномами, ты и тролли против них. Мой выбор очевиден, правда?

— В принципе да, — признался юный влахак.

— Тогда между нами все ясно. Как нам поступить после… монастыря, разберемся потом. Но поверь мне, я не слишком горю желанием оставаться в Ардолии.

— Я тоже, — ответил Стен.

Сарган обеспокоенно посмотрел в лицо влахака, на котором отражались холод и постоянная усталость.

— Что?

— Я не хочу оставаться в Ардолии, — объяснил Стен. — Я хочу во Влахкис, домой. А это возможно только тогда, когда удастся победить Цорпада.

— Понимаю.

— Возможно. Но мы боремся не за золото, не для каких-то там господ, мы боремся за свободу. Тебе не нужно уважать это, но ты не должен быть против этого.

— Договорились, — сказал Сарган, — хотя я действительно уважаю вашу борьбу и самоотверженность. Только это не моя борьба.

Кивнув, Стен показал, что принял его слова, затем отвернулся и оставил дирийца наедине со своими мыслями. «Он не хладнокровный убийца, но опасен, — подумал Сарган. — В какой-то степени он приятнее Цорпада с его палачами и полчищами солдат. Ну да, помочь влахакам не помешает, пока это не идет вразрез с моими целями».

— Эта вода с неба такая противная! — возмутился Рох и смахнул капли с лица.

— Да, вечный дождь бьет по настроению, — ответил Сарган.

Но тролль отмахнулся.

— Совсем не слышно запахов. Вода крадет все запахи!

— О, — сказал дириец, — этого я не знал.

— Люди плохо слышат запахи, — категорично заявил Рох.

— Сарган тоже, наверное, плохо слышит запахи. Или нет? — вмешался Стен.

— Эй! — возмутился дириец и хотел ответить, но Пард опередил его.

— Говорите, говорите, говорите. Мои уши уже кровоточат от вашей болтовни!

— Сколько еще идти? — поинтересовался Рох.