― Мне холодно, ― сказала она.

В комнате было тепло, но Адель дрожала. Эймс сделал шаг к ней. Она отступила, всхлипывая и пытаясь защититься руками от неминуемого, как ей казалось, нападения. Эймс снял свой плащ и набросил девочке на плечи.

― Так теплее? ― спросил он.

Она отняла руки от лица.

― Кажется, да.

― Где Пираннес? ― спросил я.

Она указала пальцем с ярким маникюром на белое кресло, повернутое к окну.

― Я развернула его, ― сказала она. ― Я не хотела смотреть. Я увидела кровь и...

Эймс отвел девочку к дивану и усадил ее. Я подошел к креслу, на которое указала Адель, и взялся за спинку. Кресло повернулось. В нем сидел хорошо одетый темноволосый мужчина с седеющими усами. Он удивленно смотрел на меня. В голове у него была дыра, белое кресло залито кровью.

Я стоял, глядя на труп, и понимал, что должен что‑то сделать, позвонить в полицию, попросить детектива Эда Вивэза и рассказать ему правду. Может быть, он поверил бы мне. Но если бы я был коп, а он ― служащий по доставке судебных повесток, который обнаружил второе убийство за одни сутки, я бы не поверил.

― Это не он, ― сказал Эймс позади меня.

― Что?

― Это не Пираннес, ― повторил он. ― Я встречался с Пираннесом, когда меня судили. У нас был один и тот же адвокат.

― Адель, ― позвал я.

Она сидела на диване, закутавшись в плащ Эймса, но по‑прежнему дрожа.

― Адель, ты сказала, что Пираннес умер.

― Да... Вы же сами видите.

― Все‑таки посмотри на него, пожалуйста.

― Нет, я не могу.

― Это не Пираннес, ― сказал я.

― Это он! ― вскрикнула она.

― Это не он, девочка, ― вмешался Эймс.

Адель встала и подошла. Эймс поддерживал ее.

― Спилц, ― прошептала она, взглянув на тело.

― Спилц? ― переспросил я.

― Я думала, это... Я услышала выстрел и увидела кровь. Я развернула кресло, не глядя на него, и потом... и потом сидела, пока вы не позвонили. Что он здесь делает? Где мистер Пираннес?

― Как давно ты слышала выстрел?

― Не знаю.

― Где ты была?

― В спальне. ― Она показала на дверь позади себя. ― Кто‑то позвонил в дверь. Мистер Пираннес велел мне оставаться в кровати и вышел. Они немного поговорили. Я хотела принять ванну или посмотреть телевизор, но боялась, что он вернется и...

― И?..

― Пираннес с кем‑то ругался. Гостей было двое.

― Ты узнала чей‑нибудь голос?

― Точно ― только мистера Пираннеса. Может быть, его, ― сказала она, махнув рукой в сторону покойника, но не оборачиваясь к нему. ― Он был тут вчера вечером.

― А другого человека?

Она покачала головой.

― Это был не твой отец? ― спросил я.

― Не знаю, ― ответила Адель. ― Я хотела, чтобы он пришел. Он бы не ушел, не повидав меня.

Она снова заплакала.

― Я хотела, чтобы он пришел, хотела сказать ему, что он сделал ошибку, чтобы он забрал меня. Я скажу вам честно: я надеялась, что это мой отец. Я надеялась, что он убил мистера Пираннеса, но... Можно я закурю?

Это был не лучший момент для чтения лекции о вреде табака.

― Конечно, ― сказал я.

Она подошла к столику у входной двери, подняла крышку белой деревянной коробки, достала сигарету, взяла ее в рот и стала оглядываться в поисках зажигалки или спички.

― Ну была же!..

Она пометалась между столами, вернулась в спальню, снова вышла, вздохнула, вынула сигарету изо рта и бросила ее на диван.

― Мне нехорошо, ― сказала она.

― Что он с тобой делал?

― Мистер Пираннес дарил мне кое‑что, делал приятные вещи. Я думала, что знаю, чего он от меня хочет, но оказалось, что я и близко не угадала.