― Итак, ― сказал я, ― богатая женщина играет в прятки со своим мужем и сыщиком, которого тот нанял.

― Нет, ― возразила она серьезно. ― Это не игра, и я не думаю, что вы глупы.

Она явно была откровенна. Это было видно. Я чувствовал это. У меня оставалось несколько вопросов.

― Скажите мне только...

― Нет, ― сказала она, не поднимаясь со своего места. ― Если я захочу, я могу спрятаться гораздо лучше, чем сейчас. Могу уехать из Флориды. Но если вы обещаете дать мне несколько дней, я останусь.

― И вы поверите моему обещанию?

― Да, ― сказала она. ― Поверю.

― Я обещаю вам. У вас водительские права Кэролайн Уилкерсон. Она сама дала их вам?

― Нет, я взяла их, когда она отвернулась. Что‑нибудь еще?

― Пока нет. Что теперь?

― Теперь я встану и пройду в другую комнату, ― сказала она, поднимаясь. Она была высокого роста. ― Вы раздвинете занавески, постоите у окна, как будто задумались, потом возьмете досье на меня и на Адель и уйдете, заперев за собой дверь.

― Дверь сломана, ― заметил я.

Она уже перешла в другую комнату. Мне было совсем не до того, чтобы думать, какое впечатление произведет моя нора на сбежавшую из дома богачку и красавицу.

― Тогда просто уходите. Не возвращайтесь раньше чем через час.

― Вы думаете, за вами кто‑то следит? ― спросил я, подходя к окну.

― Нет, мистер Фонеска, ― проговорила она. ― Кто‑то следит за вами.

Взяв папки под мышку, я вышел обратно на яркое солнце и спустился по ступенькам, стараясь не оглядываться по сторонам в поисках того, кто за мной следил. Похоже было на то, что миссис Себастьян либо потеряла голову, либо находится под действием какого‑то сильного лекарства или наркотика. Откуда она могла знать, что за мной следят? И зачем кому‑то следить за мной? Дуайт? Он знал, где меня найти, и если он убил Берил, то вряд ли находится сейчас на расстоянии меньше трех‑четырех миль от «ДК».

Я никого не увидел, не заметил никаких подозрительных машин с затемненными стеклами. Мне хотелось поговорить с Дэйвом, но было ясно, что Мелани Себастьян хочет, чтобы я отошел от своего офиса подальше.

Я сел в машину, отправился в «Уолгрин» на углу Баия‑Виста и Сорок первой и оттуда позвонил Салли. На рабочем месте ее не оказалось. Я услышал ее голос на автоответчике и сказал, что скоро перезвоню. Полиция скопировала мое досье на Адель. Они могли найти Салли так же, как нашел ее я. Я думал, что будет лучше, если она узнает о смерти Берил Три от меня. Я хотел защитить Салли Поровски, хотя, в сущности, это было не мое дело.

Затем я позвонил Карлу Себастьяну.

― Карл Себастьян, ― сказал он.

― Льюис Фонеска.

― Вы нашли ее?

― Нет, но уже тепло. Может быть, еще дня два, максимум три.

― Она по‑прежнему где‑то недалеко?

― Да.

― Вы в этом уверены?

― Абсолютно, ― сказал я.

― Найдите ее как можно быстрее, ― сказал он. ― Найдите ее завтра, и я удвою ваш гонорар.

― Это займет не меньше двух дней.

Он вздохнул.

― Значит, два дня...

― Может быть, три.

Он повесил трубку, и я набрал еще один номер.

― Гриль‑бар «Техас», ― произнес Эд Фэйринг с техасским выговором, которому он научился по фильмам.

― Это Фонеска, ― сказал я. ― Эймс на месте?

― Сейчас позову.

― Ты мог бы отпустить его на пару часов?

― Он сам себе хозяин, ― ответил Эд.

Через минуту Эймс взял трубку.

― Алло.

― Эймс, это ты сегодня утром убрался у меня в кабинете?

― Да. Посмотрел, как уехала полиция, зашел, вышел.