Эр Том снова наклонил голову.

— Я сообщу Энн о заботливости Делма.

Он снова взял свою рюмку и осушил до дна.

— Сейчас я вынужден с тобой проститься. Нет ли каких-то поручений, которые я мог бы выполнить для тебя в порту?

— Благодарю тебя, нет. Сегодня мой путь лежит в деловой центр. Делм и господин дэа-Гаусс вызваны для ведения новых переговоров с Винтиром.

— Ха! — Эр Том поморщился. — Винтир никогда не бывает доволен, брат.

— Я уже начинаю это замечать. Полагаю, что смогу привлечь внимание господина дэа-Гаусса к этому факту. Похоже, показана перемена курса.

— Тогда я желаю Делму удачного взлета, — сказал Эр Том с жизнерадостным поклоном. — Я увижу тебя на собрании?

— Конечно. Как я могу не прийти, когда тетя Петрелла была так любезна, что приказала мне явиться?

Эр Том встревоженно посмотрел на него.

— По-моему, ее болезнь все сильнее на нее давит.

— Мне тоже так кажется, — согласился Даав и решительно стряхнул с себя странное оцепенение. — Сегодня вечером я приду, чтобы оказать тебе поддержку, можешь не сомневаться. До скорой встречи, милый.

— До скорой, Даав.

«Вот так, Энн Дэвис! А ты так гордилась своим зеленым платьем и считала себя такой нарядной!»

Это новое платье тоже имело глубокий вырез и плотно облегало ее талию. На этом его сходство с зеленым кончалось.

Широкий воротник поднимался вверх, расправляясь, словно цветок, чтобы обрамлять ее лицо. Длинные рукава ниспадали изящными складками, привлекая внимание к пальцам, а юбка до пола, обманчиво узкая, имела разрез, позволяющий делать привычно широкие шаги.

Эйла дэа-Лорн одернула юбку, добиваясь более красивых складок, и улыбнулась.

— Да, — сказала она, отступая и сжимая перед собой руки. — Думаю, его милость будет доволен.

Не успела Энн ничего на это ответить, как крошечная модистка подняла палец.

— А теперь слушайте меня, леди. Платье — это хорошо, и драгоценности Мунела никому не стыдно бывает надеть. Однако если вы будете разумны, то примете мои советы относительно некоторых вопросов. Во-первых, волосы. Зачешите их наверх. Да, я знаю, что они у вас не длинные. Наверх и назад тем не менее. Воротник задуман для того, чтобы обрамлять лицо. Немного смело, признаю, но не развязно. Возможно, характеризует изысканность, которую мастер-купец может встретить — и оценить — далеко за орбитой Лиад.

Она удовлетворенно потерла руки.

— Вы хорошо двигаетесь, у вас плавная, красивая походка. Платье сшито так, чтобы это учесть. Ваши пальцы… Они такие красивые, ваши пальцы! Демонстрируйте их, вот так. — Она приподняла руку и быстро повернула кисть. — Попробуйте.

Энн скопировала жест портнихи. Рукав легко скользнул с ее запястья, открыв изящные сильные пальцы.

— Хорошо, — одобрила Эйла. — Самобытная личность — сама себе Кодекс. На всей Лиад нет никого, кто был бы на вас похож. Правила, которые вас связывают, находятся не на планете, а в вас самой. Помните об этом и держите голову — вот так! Э? Многим придется задирать голову, чтобы полюбоваться вами, но это их проблема, а не ваша. Будут и такие, кто будет отворачивать лица и кричать, что вы не такая, как они.

Она подняла руку, пряча наигранный зевок.

— Увы, невежи встречаются даже в самых высоких Домах.

Энн бледно улыбнулась и наклонила голову.

— Вы очень добры, давая мне советы.

— Ха! — Эйла отмела ее благодарность энергичным взмахом руки. — Я не хочу, чтобы мои труды пропали втуне, только и всего.