Пока Питер закрывал сейф и возвращал все в исходное положение, Дженни разглядывала драгоценность. Она старалась не показывать, в какой восторг ее привела эта вещица, поскольку понимала, что его дали ей всего лишь поносить на несколько дней.

– Смотри. Оно подходит. Как будто сделано специально для меня, – произнесла Дженни. Она взглянула на Питера и была очень удивлена, заметив необычное выражение его лица. Девушка замерла. – Ты действительно хочешь, чтобы я это носила? В смысле, это ведь кольцо твоей матери. Я могу сказать родителям, что мы…

– Нет. Я хочу, чтобы оно было у тебя. Пока…

Дженни кивнула, не зная, куда отвести смущенный взгляд. Создавалось ощущение, что они были уже очень давно знакомы, и от этого ей было как-то неловко. Она одновременно чувствовала и тепло, и некоторую отстраненность. Интересно, подумала девушка, а что сейчас чувствует он сам?

– Хорошо, – наконец согласилась она. – А ты? Ты будешь носить обручальное кольцо?

– Нет. Мой отец никогда его не надевал, – в конце концов ответил Питер.

– В первый раз слышу, чтобы женатый мужчина не носил кольцо. Ладно, пусть будет так. – На самом деле это не понравилось Дженни. Ей показался несправедливым тот факт, что один из супругов игнорирует символ взаимной любви и брака. Но еще до того, как она окончательно разобралась в своих мыслях, Дженни услышала свой же голос: – Я бы предпочла, чтобы мой муж все же был с обручальным кольцом.

Питер провел рукой по волосам и внимательно посмотрел на мисс Гоулсон.

– Дженни, послушай, я не имею ничего против того, чтобы носить обручальное кольцо. Я лишь пытаюсь сказать, что у меня его нет, поскольку мой отец никогда его не имел. Если бы у меня здесь вместе с кольцом матери было кольцо отца, я непременно бы его надел.

– Понятно, – задумчиво ответила Дженни. Сейчас она чувствовала себя лучше, поскольку ее сомнения были развеяны. – Простите, мистер Стивенсон.

Питер усмехнулся.

– Похоже, тебе все-таки придется привыкнуть называть меня Питер. Ведь мы женаты.

– Ой, правда, – опомнилась Дженни. – Питер, Питер, Питер, – повторила она, чтобы привыкнуть к имени своего новоявленного мужа. – Послушай, ммм… Питер, ты действительно очень добр по отношению ко мне. Спасибо, что помогаешь выбраться из этой ситуации. В моих глазах это делает тебя особенным. Вот только меня мучает один вопрос. Зачем ты делаешь все это? Ты толком даже не знаешь меня. И мою семью. Никто бы не осудил тебя, если бы ты выставил нас вон.

– Может быть, – сказал Питер, пожимая плечами. – Но у меня есть на то свои причины.

– Ну, тогда это серьезные причины. Большинство парней сбежали бы, лишь услышав слово «женитьба».

– Подожди, кто тебе сказал, что я отличаюсь от них? Ведь мы же только играем счастливую семейную пару. И это всего на несколько дней. Я прекрасно помню, что ты работаешь у меня, а я – твой босс. Значит, никаких отношений между нами быть не может, так?

– Да, так. Конечно, – быстро согласилась Дженни. Она должна была показать Питеру, что готова с такой же легкостью, как и он, прекратить этот спектакль. И все же, где-то в глубине души, Дженни стало обидно. Неужели так ужасно быть ее мужем? – Нельзя, чтобы люди узнали о нашем фиктивном браке. Ведь слухи сразу же разлетятся, и вы почувствуете себя неловко из-за того, что женились на служанке.

Питер посмотрел на Дженни, как будто она его только что сильно обидела. Ну, ладно, подумал он. Теперь, вдобавок ко всему, она обвиняет меня в снобизме.