|
Но это помогало мало. Стоило ему только подбросить вверх какого-нибудь бесенка, как тот, несколько раз перекувырнувшись в воздухе, падал козлу прямо на спину. Ох уж эти малыши чертенята! У них словно крылья растут за спиной, и увертливые они, точно летучие мыши! Очень скоро Кокеш понял, что ему не справиться с этим бесовским отродьем. И тогда он решил ретироваться к какой-нибудь стенке, чтоб Люциферовы чада хотя бы не таскали его за хвост. Однако ослепленный яростью милый Кокеш плохо следил за тем, куда он отступает, и неожиданно для себя очутился в комнате с котлами, где в кипящей смоле варились души нечестивцев. Но едва обезумевший от злобы козел приблизился к одному из котлов и хотел уже было о него опереться, как тут же завопил и с заячьей прытью выбежал из котельной. Наверное, друзья, вы догадались, что наш бедолага попросту обварил себе хвост в кипящей смоле! Заметив это, молодые и старые черти чуть не умерли со смеху. Сама Люцифериха выбежала из адовой кухни и хохотала так, что хваталась копытами за бока. Впрочем, веселилась Люцифериха недолго! Вскоре смех ее перешел в злобное рычание, когда она увидела, как Кокеш, разбежавшись, лихо перескочил через адов двор и влетел в склеп, где в горшках у нее хранились молоко, сливки и пахта. В один миг горшочки превратились в груду черепков, и теперь все ее запасы представляли собой сплошное месиво, растекающееся по полу склепа!
Люцифериха чертыхнулась. Еще бы! Такое разорение в хозяйстве! Схватив веник, она в один прыжок преодолела двор, и — хлоп! хлоп! — град ударов обрушился на спину Кокеша. Должно быть, друзья мои, больно хлещут в аду веники! Наш Кокеш выскочил из склепа, точно пес Жулька пана Выцпалека, завидевший из будки бродягу, и при этом едва не сбил с ног самого дядюшку Люцифера, который выбежал на двор из своей канцелярии, чтоб со всеми чертями посмеяться над выходками козла. И тут наступил второй акт комедии с Кокешем. Бесенята вновь облепили козла, как мухи; принялись таскать его за бороду, за хвост, хватали за ноги. Они гоняли беднягу туда-сюда по двору ада, так что наш милый Кокеш уже еле передвигал ноги. Вдруг Кокешу зачем-то вздумалось перекувырнуться, и этим он настолько ошарашил бесенят, что они выпустили его из своих ручек и на миг замерли в ожидании. Кокеш как нельзя лучше воспользовался моментом! Бросившись в толпу чертей, он отшвырнул рогами одного старенького беса, что стоял у него на пути, и скрылся за углом. Орава чертей кинулась за ним вдогонку на второй двор ада, посреди которого стоял какой-то обшарпанный домишко. То было адово хранилище. Там, друзья, томились в горшочках души людей, осужденных на вечные муки. Внутри домика горшочков этих было видимо-невидимо, и каждый из них прикрывала крышечка. Дверь хранилища оказалась не заперта, и Кокеш ринулся туда не раздумывая, чтобы спрятаться от своих мучителей. «Скорее заприте дверь, не пускайте этого шута горохового в хранилище!» — взревел дядюшка Люцифер. Но было уже поздно! Он услышал, как внутри домика падают крышки и гремят черепки разбитых горшочков. А потом увидел голубок, вылетающих из двери и через адскую трубу и взмывающих в поднебесье. То были души грешников, вырвавшиеся из заточения. Дядюшка Люцифер зарычал, как дикий зверь. Разбросав чертей, он ворвался в хранилище и, сверкая глазами, стал искать Кокеша. Пройдоха Кокеш тем временем как раз залезал под старую лавку, полагая найти там надежное убежище. Схватив его за хвост, дядюшка Люцифер вытащил бедолагу за хвост и фр-р! — полетел вместе с ним над дворами и огнедышащими печами к вратам ада. «Отворяй!» — взревел он привратнику Башибузуку и, когда тот раскрыл их настежь, размахнулся и вышвырнул козла вон. Тут же ворота с грохотом затворились. После всех злоключений у Кокеша голова шла кругом. Козел не мог понять, где он находится; к тому же все тело у него ломило от падения. «Что же мне теперь делать?! — воскликнул Кокеш. |
