— Угу, — бурчит Восьмой. — Только не все.

— Верно, — соглашается Нэша. — Ну, почти все.

— Не знаю, ребята, — говорю я. — Прошло всего два дня с тех пор, как Восьмой вышел из резервуара, а о нас уже знают двое. Такими темпами через пару недель вся колония будет в курсе. Я не уверен, что смогу умереть так быстро.

Нэша смеется.

— Знаешь что, Микки? Ты слишком много думаешь. Раздевайся и иди сюда. Тебе нужно обеспечить временный отток крови от мозга.

Я таращусь на нее.

— Давай, Седьмой, — подхватывает мой клон. — Мы и так уже извращенцы, правда? Отомстит за нас Нэша или нет, мы оба рискуем вскоре нырнуть в люк для утилизации отходов. Давай хоть повеселимся напоследок.

* * *

Следующие два часа были самыми странными в моей жизни. Вряд ли мне захочется о них рассказывать.

Но для ясности: я ни о чем не жалею.

* * *

Мы еще не успеваем отойти от истомы после секса, уютно устроившись в постели — я почти свешиваюсь с одной стороны кровати, Восьмой — с другой, а Нэша зажата между нашими телами, — когда раздается стук в дверь. Нэша как раз описывает Восьмому, как славно мы проведем время, пока одного из нас не отправят в утиль, но прерывается на полуслове и с шипением втягивает сквозь зубы воздух.

Стук повторяется.

— Мне ответить? — шепчу я. — Я могу попытаться избавиться от них.

Восьмой тянется через Нэшу и шлепает меня ладонью по лбу.

— Заткнись, — шипит он. — Это, наверное, Берто. Если мы не отзовемся, он уйдет.

— Микки? Ты тут?

Черт. Это не Берто.

Поерзав в кровати, Нэша прижимается губами к моему уху:

— Ты же закрыл дверь на защелку, да?

Ручка поворачивается с тихим щелчком, и на пол ложится полоска света.

— Нет, — шепчу я. — Не закрыл.

— Микки?

Вот зараза. Что же делать-то?

Дверь распахивается.

— Привет, — говорит Восьмой. — Чен, верно? Рад тебя видеть.

Кошка смотрит на нас, беззвучно открывая и закрывая рот.

— Кошка, закрой дверь, — прошу я. — Давай все обсудим.

Она мотает головой.

— Кошка!

Я сажусь в кровати и протягиваю к ней руки. Она отступает на полшага назад.

— Что ты творишь, Микки?

— А на что похоже? — спрашивает Нэша. — Или присоединяйся к нам, Чен, или выметайся. Но в любом случае закрой дверь.

Кошка, крутанувшись на каблуках, разворачивается и выбегает, оставляя дверь открытой.

— Думаю, нам с Восьмым лучше не светиться, — замечает Нэша.

Я вылезаю из постели и захлопываю дверь. На этот раз я не забываю закрыть ее на замок.

— Плохо дело, — говорю я, опускаясь на стул.

— Она и так знала о нас, — отмахивается Восьмой. — Ты же сам ей рассказал, так что ничего не изменилось.

Его слова не лишены смысла. Тогда почему сердце пытается выпрыгнуть у меня из груди?

— Ничего страшного, — утешает Нэша. — Возвращайся в постель, Микки.

Я делаю глубокий вдох, задерживаю дыхание и медленно выдыхаю. Может, они правы?

Не правы. Я точно знаю, что нет.

Но теперь уже ничего не поделаешь. Я откидываю простыню и забираюсь обратно в кровать. Нэша поворачивается и встречает меня поцелуем.

— Расслабься, Микки. Давай поспим.

* * *

Я просыпаюсь в темноте от лязга взломанного замка.