— Уйти? — нахмурилась Акация.

Куда?

— Именно, — ответил Аколипт, как будто не замечая вопросительной интонации в её голосе. — Некоторые остались и заснули. Многие из них уже проснулись, однако до сих пор не восстановили все свои силы. Я — один из них. Хотя я восстановился несколько больше, чем другие, в ближайшее время мне придётся оставить пределы данной вселенной. Срочные дела требуют моего вмешательства в некоторых… других местах. И хотя прежде я оставлял этот мир на попечительство своего протеже, в данный момент я ещё не могу этого позволить. Поэтому в ближайшее время я оставляю своё поместье и некоторые свои дела тебе, Акация… Если ты не против, разумеется.

— Я сделаю всё, что в моих силах, господин Аколипт, — после некоторой паузы проговорила Акация, при этом продолжая обдумывать слова демона. Всего несколько предложений последнего дали ей огромную пищу для размышления. Демон собирался уйти — но куда? И что за другие сущности проснулись помимо него? Всё это время Акация собирала всевозможные легенды из разных миров. Она знала про Великого Белого Духа, в которого верили эльфы, и, хотя сперва воспринимала последнего как простую легенду, события во время потопа и краткий разговор с Белой императрицей заставили её в этом усомниться.

Знала она и про Цикл бытия, и прочие удивительные создания. Возможно именно про них говорил Аколипт. А что насчёт Дремлющего Бога, телом которого завладел спящий по имени Хамон? Он тоже спал. Может быть и он был ещё одной такой сущностью? Если так, что конкретно Аколипт думал о том, что некто завладел телом его «сверстника»?

Акация не стала этого спрашивать.

Она озвучила единственный вопрос:

— Можете сказать, как долго вас не будет?

— Недолго. Примерно тысячу лет.

Акация поправила очки.

— За это время не должно случиться ничего слишком примечательного; я оставляю своё поместье на твоё попечительство. Можешь делать всё что угодно. Разве что не заходи в эту комнату. Если у тебя появятся вопросы, можешь спросить мою горничную, Валерию. Она — остаётся.

С этими словами Аколипт показал на девушку с серебристыми волосами, которая стояла в другом конце комнаты. Последняя механически, точно кукла, кивнула.

Если бы её глаза были настоящими, а не просто стеклянными шариками, в этот момент в них, возможно, загорелся перламутровый блеск…

Собственно, оставлять мир совсем без присмотра было опасно. Именно поэтому обязанность приглядывать за последним и выполнять его волю Александр поручил Маргулам. Те могли действовать самостоятельно и были более чем пригодны для этой роли. Они представляли собой коллективный разум, каждая особь которого, однако, была самостоятельной.

Некоторые из них заняли важные государственные должности; другие — божественные роли. Одного Маргула Александр оставил исполнять роль Высшего Демона Предательства, Иура. Последняя была достаточно простой. Ему просто нужно было время от времени отправлять вампирам страшные и направляющие сны. Сперва он собирался оставить медузу внутри Волчонка, играть Вельзевула… Но затем передумал. Это было проблематично — последнюю слишком просто было обнаружить, и к тому же данную роль он хотел отыгрывать самостоятельно.

Поэтому Александр просто заявился к Чёрному императору и оставил туманное предупреждение, что в ближайшее время ему снова нужно немного — на тысячу лет — вздремнуть, и чтобы Волк не смел умирать, а не то он ему все кишки вырвет. Последний благоразумно согласился, после чего продолжил задумчиво разглядывать копию Маргариты, которую ему передал Хамон.

Та в этот момент спорила сама с собой.