Последний сам Александр нашёл довольно занятным.

Действительно, можно было сделать Священных зверей не просто защитниками человечества, но стражами ужасающего монстра, который дремлет под землёй; прописать, что именно для этого они и были созданы (кем?), и что аливаны, крылатые и прочие расы были не более чем спонтанными порождениями их элементальной энергии.

Всё это напоминало одно из тех невероятных откровений, которые настигают героя под конец истории.

Александр попросил Маргулов самостоятельно что-нибудь придумать. Иной раз интересней лично развивать историю, а иной — посмотреть, что с ней сделают другие. И кто же лучше подходил на эту роль, чем Священные звери, которые более тысячи лет наблюдали за развитием местной цивилизации?

— Нам…

— …Нужно подумать, — после некоторой паузы сказали Тигр и Дракон.

Александр кивнул.

Спешки не было, конечно.

Особенно теперь, когда у него было неограниченное количество свободного времени.

По возвращению в чёрное пространство он выдохнул, убедился, что теперь действительно полностью завершил осмотр и наконец задумался о том, что ему делать дальше.

В прежние времена он задавался бы этим вопросом касательно каждого конкретного мира, но теперь вселенная, за исключением Мира Четырёх Элементов, представляла собой единое целое. Невозможно было изменить устройства Мира Пустынь, например, так, чтобы это не сказалось на его соседях. Именно в этом и заключался давний план Александра: он хотел связать тысячи нитей в единую сеть. У него получилось, и теперь не только сама вселенная ступила в новую и чрезвычайно занимательную фазу, но и наблюдать за ней стало заметно проще.

И кстати… Почему бы и дальше не продолжить эту политику?

Чем вносить перемены в устройство каждого отдельного мира, почему бы ему не поменять один из тех фундаментальных законов, которые отвечают за устройство вселенной?

Стоило Александру подумать об этом, и он сразу загорелся энтузиазмом.

Впервые за долгое время он открыл «Конструктор Мультивселенной» и стал пробегать глазами всевозможные меню и пункты; он сам не знал, чего ищет, но был уверен, что, когда найдёт — поймёт.

В конце концов, именно так и работает вдохновение.

Параметров было великое множество. Некоторые из них отвечали за размер Мультивселенной, другие — её структуру. Последняя касалась не только расположения разных миров, но и более сложных связей, который пролегали между ними. Можно было, например, сделать так, чтобы все миры представляли собой единое целое, которое постепенно принимало разные формы. Что это значит? Что условный Мир кроликов сперва будет превращаться в полноценную планету, его обитатели начнут сбрасывать мех, терять уши и становиться лысыми обезьянами, людьми, после чего уже сами люди станут медленно перевоплощаться в эльфов — и чтобы всё это происходило в рамках отдельной временной линии, неуловимой для разумного создания.

Даже представить себе подобное было непросто, и тем не менее Пластина позволяла сделать и такое, и, например, превратить Мультивселенную в подобие огромного куска земли, туннели между выемками в котором будут прорывать гигантские кроты.

Вариаций были сотни; Александр в своё время выбрал самую банальную. Впрочем, нельзя сказать, что он сделал неправильный выбор. Простота — сестра таланта (младшая, а сложность — старшая). Текущее устройство вселенной делало её наглядной и понятной.

Другие параметры отвечали за произвольное создание миров. И опять же, глаза разбегались от количества настроек. Можно было сделать так, чтобы миры сразу появлялись сформированные и невероятно сложные, а затем, постепенно, теряли законы и становились более примитивными; можно было сделать новые миры копиями предыдущих; можно было сделать хищные миры, которые будут поедать и поглощать другие — превратить мультивселенную в один громадный Agar,io и так далее, и тому подобное.