Довольный тем, что оставил капитана с носом, Белоглазов огляделся. В комнате, где едва умещалась койка, кроме нее самой, стояли еще табурет и тумбочка. Обстановка спартанская. Впрочем, какая она должна быть в войсковой части?

Обитатель палаты — испуганный прыщавый паренек с забинтованной головой и распухшим носом — с удивлением воззрился на майора. Он привык к окружению людей в военной форме, и посещение милиционера было для него неожиданностью.

— Болит? — Белоглазов пристроился на табурете и с сочувствием посмотрел на солдата.

— Болит, — признался тот.

— Ничего, до свадьбы заживет. — Белоглазов раскрыл папку и достал протокол допроса. — Давай знакомиться. Я следователь районного отдела внутренних дел майор Белоглазов. Назови свои фамилию, имя, отчество.

— Дорошин Николай Васильевич.

Майор взялся за ручку.

— Год рождения?..

Записав исходные данные парня, Белоглазов перешел к сути дела.

— Я понимаю, Коля, ты сегодня уже давал показания и, наверное, устал. Но тебе придется повторить все с самого начала. Постарайся в своем рассказе ничего не упустить.

С гримасой боли парень пошевелился, удобнее устраивая голову на подушке, и после небольшой паузы заявил:

— Я в роте считаюсь "молодым". Вчера в четвертый раз ходил в караул. В час ночи заступил на пост. Когда проходил мимо боксов, меня ударили чем-то тяжелым по голове. Очнулся за зданием связанный. Потом пришла смена, и меня освободили.

Майор улыбнулся:

— Шпаришь, будто вызубрил… Ты мне вот что скажи: лица их видел?

— Не-а… Темно было, и они сзади подбежали

— Может, голоса слышал, разговор?..

Парень вытаращился.

— Какие голоса, товарищ майор! Меня же по башке треснули, да я еще, когда падал, физиономией в землю въехал. — В доказательство Дорошин потрогал распухший нос. — Вырубился без звука. Может быть, они о чем-то и говорили, но я уже не слышал… Сволочи! Рот клейкой лентой залепили, а у меня насморк… чуть не задохнулся…

Глаза майора озорно блеснули.

— Крепкая у тебя башка оказалась — не раскололась. А перед заступлением на пост, Коля, сморкаться нужно.

Дорошин захихикал:

— Точно, товарищ майор.

Белоглазов перешел на серьезный тон:

— Сколько их было? Ты хоть это можешь сказать?

— Двое, — уверенно сказал парень. — Это точно. Перед тем, как отключиться, я успел заметить две длинные тени.

— Где прятались нападавшие?

— У торца здания… Я сплоховал, товарищ майор, — вдруг признался Дорошин. — Слышал в той стороне шорох, но не придал значения, подумал, зверек какой в траве пробежал.

Майор с сожалением покачал головой

— Действительно оплошал, Коля. Если бы ты обратил на шорох внимание, взрывчатку со склада, возможно, и не похитили… А не припомнишь: из гражданских никто не интересовался, когда происходит смена часовых или где в части находится склад боеприпасов?

Парень поправил съехавшую на глаза повязку.

— Да вы что, товарищ майор! За три месяца службы я не видел ни одного человека в штатском.

— Значит, добавить тебе больше нечего?

— Никак нет, товарищ майор! — парень казался огорченным. Он на самом деле больше ничем не мог помочь Белоглазову.

— Ладно, ознакомься и подпиши, — майор протянул Дорошину протокол допроса и ручку.

Парень поставил подпись, потом захлопал пушистыми ресницами и тихо спросил:

— Меня будут судить?

Майор отвел глаза и посмотрел за окно на футбольное поле, где несколько военнослужащих гоняли мяч.