Теперь у дедушки такой вид, словно я сказала что-то не то.

– Это правда! – добавляю я быстро. – Я не вру! Врать нельзя. Она не может даже вычесть два из тринадцати.

– Ханна… – произносит дедушка, но потом делает паузу, достает платок из кармана и вытирает нос. – Семью не выбирают, и заменить человека кем-то другим нельзя. Или вот так выбрать другого только потому, что возникли сложности… – Он неаккуратно комкает платок и убирает обратно в карман. – Но поверь мне, твоя бабушка – лучшая из всех, кого только можно пожелать. Ей нужно только привыкнуть ко всему.

– Так говорил и мой папа.

Я улыбаюсь, но мне становится немного грустно. Потому что из-за дедушки мне пришлось вспомнить о папе. Дедушке, по всей видимости, тоже грустно. Он так поджимает губы, что на месте рта видна только тоненькая полоска.

– Знаешь что, Ханна? – спрашивает он через несколько секунд. – Как ты посмотришь, если мы сейчас спустимся к бабушке? Наверняка она уже успокоилась и теперь недоумевает, куда мы запропастились. Можем посмотреть детские фотографии твоей мамы.

Я киваю.

– Только вот еще что, Ханна. Прошу тебя, не запирай больше дверь. А еще лучше всегда держи ее чуть приоткрытой, чтобы я знал, что с тобой все хорошо. Ладно? Пообещаешь мне, Ханна?

Я снова киваю.

Дедушка улыбается, сначала мне, а затем глядя на звезды на потолке.

– Ты ведь тоже получила звездочку от стоматолога. Можешь пока подумать, не приклеить ли нам и ее к потолку.

Я мотаю головой.

– Но, дедушка, тогда созвездие будет уже не то.

– Вот как, – говорит дедушка. И добавляет: – Ладно, я ведь только предложил.

* * *

Когда мы с дедушкой спускаемся на первый этаж, бабушка как раз закрывает входную дверь. В прихожей стоит большая коробка.

– Они ушли, – сообщает бабушка, при этом голос у нее веселый. В руке она держит письмо. – Это стояло под дверью.

– Да, – говорит дедушка и берет у нее письмо. – Та женщина поставила. Правда, я думал, она забрала коробку, когда я пнул ее с лестницы…

– А что в ней? – спрашивает бабушка.

– Понятия не имею.

Дедушка надрывает конверт.

– Ага, – произносит он, пробежав глазами письмо. – Это вещи для Ханны и Йонатана. Вот, слушай:

«Многим нашим читателям небезразлична судьба ваших внуков, и они хотят помочь. Мы взяли на себя смелость собрать для вас те вещи, которые нам прислали или принесли прямо в редакцию.

С наилучшими пожеланиями, редакция «Баварского вестника».

– Как мило, – говорит бабушка и отрывает от коробки коричневую клейкую ленту. – Подойди, Ханна. Посмотрим, что здесь.

Я подхожу ближе.

Бабушка принимается доставать вещи из коробки.

– Посмотри, – она показывает мне темно-синий вязаный свитер. – Как думаешь, Йонатану понравится?

– Ему нравится синий цвет. Его любимые штаны тоже синего цвета.

– Ну, значит, он точно обрадуется такому свитеру.

– Очередная партия милостыни, – комментирует дедушка, сминает письмо и добавляет: – Чудесно.

Но по его тону незаметно, что он считает это чудесным.