— Я бы сказал, что она умерла день, может, два тому назад, — оценил писатель. — Разложение тела ещё не началось, и я хочу ещё добавить, что она не первая, кого постигла такая участь в этой комнате. Теперь он светил на пол. Перед каждой из шести деревянных дверей в причудливой комнате также были пятна от засохшей крови. Писатель толкнул дверь, к которой было подвешена девушка. За ней ничего не оказалось, кроме кирпичной кладки.

— Какого хера это значит? — Спросил Боллз. — Если Крафтер замутил этот дьявольский ритуал, чтобы вызвать демона, то врата в ад должны же быть за этой дверью, а не за стенкой? Правильно же?

Писатель усмехнулся.

— Пока ритуал будет активным, то и врата — открытыми, но это только всё в уме Крафтера. Не существует ни адских врат, ни демонов, мистер Боллз.

— Да?

— Давайте не будем увлекаться, джентльмены. Крафтер — оккультный фанатик. Он считает себя слугой дьявола, служа ему таким образом. Но на самом деле это понятие ничем не отличается от того, что кто-то потирает кроличью лапку на удачу или избегает трещин на тротуаре. Это суеверие. Крафтер, вероятно, верит, что он на самом деле вызывает демонов или что-то ещё, но на самом деле это просто ересь.

Дикки прищурился.

— Ересь?

— Да что за ересь такая? — Спросил Боллз.

Писатель закатил глаза.

— Это чушь собачья, джентльмены! Оккультных наук не существует. Они не работают. Но такие люди, как Крафтер, в это свято верят.

— Вот как, — молвил Боллз, гладя свою козлиную бородку.

— Но если всё это дерьмо и небылицы, — затараторил Дикки, — тогда как объяснить появление чёрной цыпочки наверху, которую я трахнул, и она ещё нагадила на пол из своей киски! Разве это был не демон?

— Нет, мистер Дикки, — уверил его писатель. — Она была галлюцинацией. Кариолитический газ от этого трупа заставил вас и Кору увидеть женщину, а меня он заставил увидеть растущую звезду на полу в той же комнате. Позвольте мне выразиться предельно ясно. Вы вообще слышали когда нибудь об Иммануиле Канте?

Дикки и Боллз смущённо затрясли головами в знак отрицания.

Задал глупый вопрос... подумал писатель.

— Кант был величайшем философом на свете. Он опровергал всякую философию и тем самым доказал, что человечество должно было быть создано высшим существом — Богом, другими словами. Он доказал это с помощью математических теорем. Единственная сущность, которая может существовать вне человека, и есть Бог. Здесь нет места ни для чего другого, включая Дьявола, демонов ада и так далее. Чтобы Бог и Дьявол существовали одновременно, человеческая воля должна быть телеологической, а мы знаем, что этого не может быть. Потому что это всё математика.

Лицо Боллза выглядело озадаченным и растерянным.

— Значит, бог — это не что иное, как куча чисел?

— В некотором смысле, да. Он существует с помощью бесконечного уравнения, которое создало всё, и Бог является началом этого уравнения. Понятно?

— Нет, — Боллз и Дикки ответили одновременно.

Писатель выдохнул дым от сигареты.

— Послушайте, и поверьте мне, парни. Крафтер не призывал сюда демонов, он просто думает, что призвал их.

— Тогда что написано на табличке над дверью, где подвешена мертвая цыпочка? — Спросил Боллз.

Писатель прищурился.

— О, я этого не заметил, — он посветил своим фонарём на табличку и посмотрел. Над дверью прямо в стене была вмонтирована медная пластина, на которой было выгравировано несколько греческих букв. Писатель сделал исключения от использования ненормативной лексики.