– Она туда не добралась, – отметила Рада.

– Да, это я уже выяснил. Я ведь искал ее! Начал сразу после того, как она не доехала до квартиры. Звонил ей, но телефон был отключен. Я пошел в отделение градстражи, а там мне сказали, что я ей – никто, так что я не имею права ее искать. Я все равно искал, просто без них.

Магические способности двоедушника никак не могли помочь ему в такой ситуации, и он разыскивал Лиа, как самый обычный человек. Он пытался найти машину. Он создал портрет водителя такси, в которое она села – просто набросок, слабо помогавший поискам. Он опросил всех, кто потрудился ему ответить…

И ничего. Лиа будто растворилась в воздухе. В отличие от Жюли, Романов не собирался списывать это на каприз лампады, он чувствовал: с ней что-то случилось. Но, как он ни старался, он не мог определить, что именно.

– Мы можем сделать копию портрета? – спросила Рада.

– Да пожалуйста, я сам несколько копий сделал. Почему вдруг о ней вспомнили? Насколько я знаю, градстража все эти недели не очень-то напрягалась!

– Ну вот ты напрягался, а это что-то изменило? – парировал Пилигрим. – Сейчас нет смысла обвинять кого-то, нужно искать. Она общалась здесь с кем-то, кроме тебя и вужалки?

– Нет, у нее и времени-то не было, мы постоянно были вдвоем… до того дня.

Романов передал им портрет, который и правда был по большей части бесполезен – по крайней мере, для того, кто не знал всю историю. Однако Пилигрим сразу заметил кое-что любопытное: на руке водителя, сидевшего боком к наблюдателю, просматривались линии татуировки – нечеткой на этом наброске и все равно очень похожей на колос.

Когда они вышли из подъезда, Пилигрим указал на это своей спутнице, а она даже присматриваться не стала, только кивнула:

– Да, я тоже обратила внимание. Когда я добралась до маминого компьютера и проверяла базу данных, я пыталась найти информацию и об этом символе. Но тут сложнее – толмачи не собирают данные о сообществах.

– У градстражи есть отдельная база по таким вопросам.

– Ага, только к ней у нас точно доступа нет! Потому что предполагается, что толмачам это не нужно. Я вот еще о чем подумала… Ты ведь видишь, какая цепочка тут выстраивается?

– Цепочка? – удивленно переспросил Пилигрим. – Какая может быть цепочка, если мы говорим только о двух пропавших?

– И тем не менее, уже у них есть кое-что общее – кроме того, что они туристы. Лампада – явный представитель стихии огня, теннин – дух воздуха. Видишь?

– Связь с какой-то конкретной стихией – не такая уж большая редкость…

– Правда? А у тебя она есть? Или у кого-то из тех, кого мы допросили?

– У кладника связь с землей, – указал Пилигрим.

– Косвенная, он не использует магию земли, он больше по магии желаний. Пропавшие двое связаны со своими стихиями куда сильнее! Да и потом, помнишь пророчество дива? Не то, которого ты испугался, а нормальное. Там было про ветер воет, идут дожди, горит лампада… Короче, тоже связь со стихиями!

– По-моему, ты просто подгоняешь все под свою версию.

– Надо проверять, – настаивала Рада. – Нам нужно как-то пробраться в отделение градстражи, чтобы посмотреть вашу базу, полную…

– И найти там что? Указание на пропавших туристов, связанных со стихиями воды и земли?

– Во-первых, мы не можем быть уверены, что речь идет только о туристах, нужно проверять всех. Во-вторых, только воды.

– Ну до этого ты как дошла?

Пилигрим и правда не представлял, как она умудрялась так жонглировать выводами.