Кивнув с умным видом, Рокси заключила:

— То есть это связано с Зельдой. Хорошо, я не против. Благословляю вас и всё такое.

— Мы не…

— Обсудим наше дело. — Рокси помахала руками, будто хотела согнать их в небольшой круг. Несмотря на то, что никто не двинулся с места, она воодушевлённо начала: — Если хотим узнать, кто проник в архив, одной слежки за папой будет мало. Нужно найти мага, который согласится проверить место на предмет взлома, но чтобы никто в Ордене об этом не узнал.

— Можно попросить Лукрецию, — протараторила Соня. — Или Фройтера. Хотя я и так им должна…

— А ты уверена, что хочешь в это лезть? — с опаской уточнил Алекс.

— Разумеется, нет. Но меня уже обозвали рождённой в крови, так что хуже быть не может.

Да, он не ошибся: Соня была очень зла. И, кажется, она была готова смести всё на своём пути. Невероятно, а он-то хотел предложить ей дело с украденными драгоценностями! Пусть и семьи Тарлес, но всё же… В попытках доказать свою невиновность Соня могла перевернуть с ног на уши весь Орден, и Алекс не был намерен её останавливать.

И хотя теперь их осталось лишь двое, они были командой, и Алекс был обязан поддержать Соню. Рик бы так и поступил.

* * *

— Ага. Да. Круто. Волшебно, — с чувством заключил Данталион, покачав головой. — У меня только один вопрос: какого х…

— Тебе обязательно постоянно ругаться? — проворчала королева Ариадна, лёгким движением руки разглаживая складку на своём лиловом платье.

— Вы всех одурачили, так что да, я буду ругаться! — рыкнул Данталион. — Вы хоть понимаете, что будет, когда об это узнают? Мы и так ослабли из-за того, что не можем закрывать бреши!

— Маги всё ещё могут ограждать их, — возразил Шерая. — И я понимаю твоё недовольство, но, пожалуйста, успокойся…

— Ещё одно слово, и я вырву тебе сердце!

Шерая вздохнула и, не удержавшись, возвела глаза к потолку. Она была уверена, что справится, — у неё было целых два дня, чтобы продумать, как именно рассказать о визите Райкера, — однако Данталион превзошёл самого себя. Он с абсолютно каменным лицом слушал объяснения по поводу срочной встречи в особняке Гилберта и даже не подшутил над чересчур простым платьем королевы. Он был серьёзен и внимателен ровно до тех пор, пока она не спросила, поняли ли они то, что услышали.

Шерая считала, что посвятить коалицию в планы сальваторов следует сразу, но после того, как подавляющее большинство лидеров проголосовали против Третьего, поняла, что это бессмысленно. Неважно, как сильно он старается и сколько людей могут подтвердить, что он не лжёт. Они бы не поверили даже Свету Арраны.

К тому же, сальватором никто не указ. У Николаса была патологическая привычка всем угождать, но даже он бы не стал сидеть на месте из-за того, что коалиция считает, будто так будет лучше. Только сальваторы могли справиться с Лабиринтом, и Шерая была уверена в том, что поступила правильно. Маги коалиции до сих пор искали место, откуда был открыт Переход, и наверняка были готовы последовать за сальваторами, однако без Райкера их ждал провал. Магия Диких Земель слаба, и так просто Переход в неё не открыть.

— Ты закончил? — уточнил Шерая, когда поток ругательств Данталиона, казалось бы, иссяк.

— Нет!

Он и впрямь не закончил: Шерая и королева Ариадна слушали его ругательства, каждое из которых было изощрённее и жёстче предыдущего, ещё двадцать минут, в течение которых ни одна из них не могла даже слова вставить. Данталион ходил по гостиной, каждый сантиметр которой был защищён чарами и барьерами, и если случайно натыкался на мебель, со всей силы пинал её и вновь срывался.