— Но мы хотели передать тебе предложение города.

— Мне оно не интересует. Вы либо принимаете мои требования, либо я поступаю с городом так, как желаю нужным. Все. Ступайте. Завтра утром жду от вас решения. Если откажетесь хотя бы в одном или промедлите — пеняйте на себя.

Сказав это, Андрей махнул рукой, и палатины шустро вывели переговорщиков. И те в известной степени обескураженности побрели обратно в город. Ну, поехали, то есть, сев на своих лошадей. Чай боярам пешком ходить не пристало.

Император же стал прикидывать, что делать с городом.

Он не верил в то, что эта свора бешеных псов, каковыми являлись бояре да прочие «лучшие люди» города, сможет договориться. Тем более на таких условиях. Но требовать меньшее он не мог себе позволить. Ведь это первый крупный город этого кошмарного конгломерата личной унии Польши и Литвы. И то, как он сумеет разрулить конфликт с Киевом, задаст тон остальным осадам. А брать штурмом все города ему не хотелось от слова вообще. Это и время, и расход боеприпасов, и, в первую очередь, конечно, гибель верных ему людей. Так и сточить их можно, словно об наждачный круг.

Допил чай.

И выдвинулся к людям, что держали оборону у ворот. Там ведь просто так до утра будущего не простоишь. С ума от такого спятить можно. Посему он полагал ввести туда фургоны походные и организовать своего рода вагенбург, скрепив их промеж себя. Несколько вагенбургов, дабы перекрыть подходы к воротам максимально простым и надежным образом. Через что дать людям перевести дух.

Чем и занялся.

Но… и часа не прошло, как к нему вновь пожаловали переговорщики. Все те же. У одного, правда, борода потеряла клок, вероятно в излишне энергичной беседе. У другого имелся здоровый синяк вокруг глаза. А их предводитель так и вообще широко улыбнувшись, продемонстрировал несколько выбитых зубов. Видимо дебаты были жаркими.

— Мы шоглашны.

— На что?

— На фше тфои уфлофия.

— Сразу бы так, — расплылся в улыбке Андрей.

Он был рад.

Искренне рад.

Так как это спасало Императора от необходимости проливать много лишней крови. Невинной в общем-то. А пролить ее он должен бы был, если бы они отказались. Но обошлось… Во всяком случае, Андрей надеялся на то, что эти деятели не собираются его обмануть…

[1] Чем древнее, тем святее — один из базовых принципов богословского диспута.

Глава 6

1560 год, 2 июня, Смоленск

Сигизмунд выглядел и чувствовал себя побитой собакой.

Такой разгром!

Конная атака, произведенная Андреем, оказалась удивительно шокирующей. Сначала уланы со своими длинными пиками ультимативно проломили первый строй лучших шляхтичей короля. А потом… уланы и рейтары, поддержанные отрядом вчерашних сипахов врубились с обнаженными клинками. Некоторые рейтары, кстати, несмотря на прямой запрет Императора, атаковали с пистолетом наголо. Ударив рассеянным залпом буквально в упор. После чего, бросив тяжелый рейтпистоль в ольстер они подхватывали, висящую на темляке боевую рапиру, и врубались в смешанные боевые порядки шляхты.

А с фронта продолжала надвигаться легионная пехота.

Мерно и спокойно продавливая.

И активнейшим образом паля из своих длинноствольных аркебуз. Часто. Очень часто. Слишком часто. Из-за чего ее постоянно окутывали облака дыма. Недостаточный для того, чтобы полностью перекрыть видимость. Но пехота частенько оказывалась укрытая этакой дымкой. Даже несмотря на то, что легкий бриз постоянно стремился ее развеять.