Поймав взгляд Хельдры, добавляю:

— Вскоре свяжусь с вами насчёт вопроса, который мы затронули.

Матриарх едва заметно кивает, давая понять, что мы договорились. Её глаза оценивающе прищуриваются за прорезями маски, словно просчитывая следующие ходы в этой многоуровневой партии.

Через четверть часа я уже на территории цитадели Дома Ульгрид. Повсюду валяются трупы охранников, багровея на белоснежной плитке внутреннего двора. Безвольно раскинутые конечности, остекленевшие глаза, полные невыразимого ужаса… Картина красноречиво свидетельствует о произошедшей здесь бойне. Смотрю, Шелкопряд времени зря не терял. Экзекуция вышла быстрой и весьма показательной. Когда слухи о ней долетят до остальных Домов, надеюсь, это охладит их пыл и позволит избежать любых дальнейших конфликтов.

В главном здании я нахожу Шелкопряда и Драгану в помпезной гостиной. Резной деревянный декор, инкрустация испускающими свет камнями, вычурно-роскошная мебель — всё буквально кричит о высоком положении и богатстве хозяев.

Драгана как раз заканчивает поправлять причёску и одежду, когда я вхожу. Плевать, что она выглядит немного потрёпанной и местами запачканной в крови. Подлетаю к ней, подхватываю на руки и впиваюсь долгим поцелуем в губы.

Враг разбит, но в душе моей вместе с торжеством и облегчением есть и неприятный осадок от осознания, что всё могло бы сложиться иначе. И куда хуже.

Молча окидываю девушку оценивающим взглядом. Хмурюсь, замечая, как она ссутулилась. Словно пытается стать меньше и незаметнее. Это на неё не похоже. Что же там произошло, раз её так перекосило?

Беру её за подбородок, вынуждая посмотреть на меня. В стальных глазах плещется целый вихрь эмоций — облегчение мешается со стыдом и злость на саму себя.

— Ты в безопасности, — я касаюсь её щеки большим пальцем, — но мне нужно знать, что случилось. Как этим ублюдкам удалось не просто одолеть тебя, а захватить живьём?

Драгана вздыхает и сдаётся:

— Полагаю, в моём клане завёлся шпион, Егерь. Я уверена в этом. Иначе как объяснить, что Ульгриды ударили нам в спину именно в тот момент, когда солидная часть наших сил отбыла для зачистки опасного Квазара? Он уже подобрался к РБМу Суперновы и представлял серьёзную угрозу для Сектора.

В её движениях сквозит едва сдерживаемая ярость пополам с горечью поражения. Я знаю этот сплав чувств. Так реагирует на проигрыш боец, не привыкший уступать. Даже сейчас, после пережитых испытаний, каждый её жест — это жест воительницы, закалённой в боях. Но в глубине потухших глаз плещется и что-то ещё. Неуверенность? Сомнения? Странно видеть эти новые оттенки в её взгляде.

— Галадра… — продолжает ушастая оторва, — она игнорировала многие проблемы, сосредоточившись на противостоянии тебе и другими кланам. В наших Секторах уже давно назревал кризис, но мать словно бы не желала ничего замечать. Когда на нас напали, защита оказалась недостаточной. Оборона пала слишком быстро, враг ворвался в особняк.

Драгана отводит глаза, вспоминая недавние события. Её голос выдаёт злость:

— Сперва я думала, у них всего один Нова — Вастро. С ним-то я и сцепилась. В личном противостоянии я бы размазала его по стенке.

Эмпатическая проницательность улавливает совсем иное.

На самом деле сомневается, но не хочет признаваться, чтобы не тревожить меня лишний раз…

— Ну или хотя бы заставила его отступить, — продолжает девушка. — В разгар боя вмешалась Тарнира. Она создала в коридоре ядовитую завесу через свои побеги, и отравила меня. Одурманила разум. Увлечённая боем, я не успел выскочить за пределы ядовитой завесы. Силы начали стремительно покидать меня. Я потянулась за антидотом, но Вастро успел первым. Сначала он отсёк мне одну руку, потом вторую…

На миг представив это, гашу вспыхнувшие эмоции.