Лишь бы обошлось без аркановой аномалии.

— Похоже, местные кланы выбрали наш ангар в качестве танцпола! — ору я.

— Четыре минуты до полной расконсервации, — отзывается Девора.

— Лишь бы перекрытие удержало… — бормочет Шелкопряд.

— Сглазил! — мрачно констатирую я, ощущая новый удар.

В следующий миг уровни выше проседают окончательно, и к нам в ангар обрушивается целый ворох обломков и раскуроченной техники вместе с грудой сцепившихся тел.

Разогнанное Спуртом сознание молниеносно активирует Воздушный щит, окружая меня защитным барьером из потоков ветра. Второй поток восприятия создаёт Вихревые ловушки на пути летящих к нам осколков конструкций, камней и металла. Несколько смерчей, закручиваясь в пустоте, всасывают в себя источник угрозы, отводя её прочь от клочка ангара, где столпился мой отряд. В этом мне помогают Тай, формирующий ледяной купол над нашими головами, и Ваалис, раскрывающий порталы прямо на пути самых тяжёлых обломков.

С криками боли и ярости вокруг нас падают бойцы двух враждующих кланов. Через проломы в потолке до нас доносятся ослепительные вспышки и грохот боя.

Где-то наверху бьют пушки Непобедимых, разнося несущие конструкции в пыль. Завод стонет и скрипит, с потолка сыплются балки и перекрытия. Мы оказываемся зажаты между двух огней в прямом и переносном смысле.

— Бекка, врубай местную систему защиты на полную мощь! — командую я. — Пусть она сожрёт этих ублюдков!

— Уже, — отрезает девушка, не отрываясь от элементов дополненной реальности. — Активирую протоколы военного времени.

Хаос поглощает всё вокруг. Битва кипит и вокруг нас, и уровнем выше.

Мехи и боты сшибаются в титанической схватке, круша стены и опоры. Пол сотрясается от их поступи, воздух звенит от скрежета металла и грохота выстрелов. А в самом сердце этого безумия — мы, горстка психов, бросивших вызов двум сильнейшим кланам планеты.

Весь ангар озаряется вспышками. Из потайных ниш в стенах и потолке вновь выдвигаются десятки стволов — плазменные пушки и рельсотроны. Все они разворачиваются в сторону сражающихся, словно по команде дирижёра.

А потом начинается стрельба. Плотность огня такова, что воздух плавится. Плазменные заряды и металлические иглы со свистом проносятся над нашими головами, врезаясь в скопления врагов. Отовсюду раздаются крики боли вперемешку с яростными воплями.

Но это лишь цветочки. Из технических шахт вырывается большой нанорой. С голодным жужжанием он набрасываются на бойцов обоих кланов, вгрызаясь в броню и плоть. Кто-то пытается отбиться, активируя способности, но не всем это помогает.

На моих глазах один из воинов, ещё секунду назад бодро месивший своего соперника, вдруг начинает кричать и корчиться. Его доспех будто плавится, разъедаемый какой-то едкой субстанцией. Через мгновение бедолага падает на колени, исходя пеной. Микродроны растворяют и органику и металл.

Грохот сверху становится невыносимым. Через широкие проломы я вижу, как двое бойцов сцепились в яростной схватке. Ирмиэль «Осколок Зари» Зар-Кайрин — глава Железного Рассвета, и Крул «Абсолют» Зейн — лидер Непобедимых. Две Суперновы, чьё противостояние, похоже, и спровоцировало весь этот хаос.

Высокая жилистая фигура Ирмиэля, облачённая в экзоскелет воронёной металла, возвышается над полем боя. Его вытянутое хищное лицо, спрятанное за полупрозрачным визором, искажено яростью. По доспехам воина струится энергетический покров, сияющий перламутром и золотом. Двуручный молот в его руках искрится аркановой энергией — каждый удар, каждый взмах высвобождает вспышку света.

Крул — его полная противоположность. Приземистый, широкоплечий, крепкий, как горная порода. Вокруг него кружат уродливые твари — химеры из чистой арканы, обретшей плоть.