Я загадочно улыбаюсь:

— Доказательства — это приятный бонус, но не главное. У меня есть должники на самой верхушке, а также те, с кем уже удалось наладить контакты. Их будет проще убедить.

Романов, до этого молча слушавший нашу дискуссию, вдруг подаёт голос:

— Дамы и господа, позвольте уточнить. Я правильно понял, что среди ваших высокоуровневых контактов есть те, на кого можно надавить, дабы они озвучили определённую информацию? И те, кто с готовностью эту информацию разнесёт?

— В точку, — подтверждаю я.

Романов удовлетворённо улыбается:

— Так это же превосходно! Друзья мои, вы никогда не слышали о таком тонком искусстве, как челночная дипломатия?

Его слова повисают в воздухе, зажигая искорки любопытства в глазах моих товарищей. Даже Ваалис, кажется, немного оживляется, предвкушая интересную информацию.

Кар’Танар сделал свой ход.

Теперь наша очередь.

Глава 21

Я шагаю по мраморным коридорам Храма Вселенской Благодати, и стук моих ботинок эхом разносится под сводчатыми потолками. Несмотря на внешнее великолепие, атмосфера здесь давит, пропитанная фальшью и лицемерием.

Сопровождающий меня служитель в одеяниях из лиловых и чёрных тканей распахивает передо мной двери кабинета новой главы Хранителей — Алиты «Светоч» Бресс. Я киваю ему и прохожу внутрь, сразу же оценивая обстановку профессиональным взглядом.

Декор несколько поменялся с моего прошлого визита, но не сказать, что стало лучше. Посреди местного великолепия в огромном кресле утопает хрупкая фигурка новой Владычицы.

Она поднимает на меня свои невидящие глаза и растягивает губы в приветственной улыбке. Впрочем, улыбка эта не касается зрачков — в них холод и расчёт, будто у змеи перед броском.

— Егерь, рада, что ты пришёл, — тянет Светоч, жестом приглашая меня сесть. — Как поживаешь?

Я опускаюсь в кресло напротив и закидываю ногу на ногу, всем своим видом демонстрируя непринуждённость. Хотя внутри я собран, как сжатая пружина. С этой гадюкой расслабляться нельзя ни на секунду.

— Бывало и получше, — хмыкаю я, — но и похуже тоже случалось.

Алита понимающе кивает и щёлкает пальцами. Тут же возникает служка с подносом, на котором красуются два бокала и пузатая бутылка золотистого напитка. Мельком принюхиваюсь — какая-то редкая и явно дорогая дрянь.

Дождавшись, пока слуга наполнит бокалы и испарится, говорю:

— Кстати, новая должность тебе к лицу. В этом кресле ты смотришься… естественно.

— Благодарю, — лидер Хранителей чуть прикрывает глаза. — У тебя удивительный талант… менять существующий порядок вещей.

Иногда для этого даже не требуется пуля и высокоточная винтовка…

— Я очень ценю наши дружеские посиделки, но это не визит вежливости. Во-первых, я бы хотел получить обещанное.

Светоч тихо смеётся, но смех её напоминает шелест сухих листьев.

— Прямолинеен, как всегда. Что ж, я ценю это качество в мужчинах.

Она тянется к своему бокалу и делает маленький глоток. Я же только только изображаю, что пригубил напиток.

— Триста миллионов, как мы и договаривались, — продолжает собеседница, промокнув губы салфеткой.

Я молча киваю, не сводя с неё глаз. Она раздвигает ворот платья под горлом и снимает с кожи жетон, протягивая его в мою сторону. Повторяю её жест, для чего приходится распахнуть сервисный люк на доспехе. Обо всём-то Импрель позаботился… Коснувшись её жетона, получаю входящий перевод на нужную сумму.

— С этим разобрались, — я откидываюсь на спинку кресла. — А теперь давай поговорим о другом твоём долге, Алита.

Она вопросительно изгибает бровь, всем своим видом изображая недоумение.