|
По три раза за ночь. Теперь ей снится взрыв. – Необходимо поговорить с доктором Лу о поездке В Ирландию. – Сегодня у нас сеанс. Спросим, как идет лечение и можно ли Эмме ехать. К удивлению Рамзи, голова у него почти кружилась от счастья. Неужели она согласилась?! Казалось, страх, тугим узлом скрутивший внутренности, потихоньку проходит, а впереди – безоблачные дни. Что же, может, так оно и есть. Он действительно не хотел расставаться с Молли и Эммой. – Когда нам ехать к врачу? – Доктор Лу назначила на десять. – В таком случае посмотрим, что она скажет, прежде чем строить планы. Молли потуже затянула пояс халатика – роскошной вещички из розовато желтого шелка, явно позаимствованной у мачехи. Интересно, как она выглядит без него? – Значит, Ирландия? – усмехнулась Молли. – Вы ездили туда один? – Нет. – Нет, – повторила она. – Вряд ли вас куда то отпустят одного. Разве что сами "этого захотите. – Вы о чем?! – Невзирая на ваш ожог в полспины и шрам на бедре, Рамзи, женщины будут драться за вас. Они, наверное, летят к вам, как бабочки на огонь. Вы очень привлекательный мужчина. – Спасибо за лестные слова. Идите спать, Молли, еще слишком рано. – А вы? – Ну теперь, когда все решено, и я понежусь в постельке часок другой. Больше у меня нет причин нервничать и злиться. Свершилось чудо. Молли кивнула, но ее улыбка мгновенно потускнела. – О, совсем забыла, что сегодня договорилась о заупокойной службе по Луи. Прямо здесь, в поместье. Я даже нашла пресвитерианского священника, чтобы он отслужил панихиду. – Вы правильно сделали, – кивнул Рамзи. – Ради Эммы. – Надеюсь, она поймет. * * * – Эмма, теперь ты сыграешь мне «Сияй, сияй, звездочка»? – Да, доктор Лу. Обязательно. Только я давно не играла на пианино. – Ничего страшного. Я с удовольствием послушаю. Эмма поставила пианино на низкий журнальный столик. Врач уселась в кресло, Рамзи и Молли расположились на маленьком диванчике. – Не забудь вариации, Эмма, – предупредил Рамзи. На этот раз Эмма превзошла себя. Глубоко, прерывисто вздохнув, совсем как взрослая, она правой рукой наиграла мотив песенки, подыграла левой. В ее исполнении мелодия, звучавшая трогательно прозрачно, как у Моцарта, быстро сменилась знойным блюзом в классическом джазовом стиле, а потом в нее вплелись отголоски произведений Джона Леннона. Доктор Лу ошеломленно моргала глазами. Когда Эмма доиграла, она подалась вперед, взяла ее маленькую ручку и сказала: – Спасибо, Эмма. Ты доставила мне огромную радость. Надеюсь, в один прекрасный день я приду на твой концерт в «Карнеги холл». – Что такое «Карнеги холл»? – Это зал в Нью Йорке, где выступают величайшие музыканты и певцы со всего мира. Я слышала там чудесного скрипача Лиама Маккаллума. Никогда не забуду! Ты тоже обязательно там сыграешь, солнышко. – Да, – согласилась Молли. – Думаю, так и будет. – А моего папу никогда не приглашали в «Карнеги холл», – прошептала Эмма, не поднимая глаз от клавиш. – Но он тоже был великим певцом. Так мама сказала. – Был, детка, конечно, был, – шмыгнула носом Молли, готовая вот вот расплакаться. Рамзи поспешно обнял ее за плечи. – У меня тоже есть альбом твоего папы. И пусть он никогда не пел в «Карнеги холле», все равно его знает весь мир. И его музыка останется с нами навсегда. – Мама тоже так говорила. |
