Напарником Ерофея с недавних пор стал Валентин по прозвищу Валет — широкоплечий мужчина лет сорока с буйной каштановой шевелюрой и крепкими, хоть и кривыми зубами. Он любил выпить, а еще больше поиграть в казино, потягаться с «одноруким бандитом». Был он работящим, умельцем на все руки, а на кладбище его привел сон. Приснилось как-то ему, что он под землей нашел клад. И сон был необычный — словно кино смотрел. Он смекнул — это знак свыше. Вначале хотел устроиться ремонтником канализационных сетей, которых под городом десятки километров, но не получилось. Он вновь понял: это опять знак свыше. Надо поближе к земле быть. И он решил устроиться рабочим на кладбище. На новое идти смысла не было — откуда там клад? Так он и оказался на Байковом кладбище, где Валет (ну кто его будет Валентином звать?) заработал и второе прозвище — Археолог.

Сейчас напарники выполняли ответственное дело — подыскивали участок на три места, а яму должны были копать для одного покойника, на завтра. Директор кладбища, недавно назначенный, весьма довольный выгодным заказом, полностью положился на опыт Ерофея:

— Не буду я тебе тыкать пальцем — где, не маленький, не впервой, сам найдешь. Завтра мне скажешь — я документы справлю. Чтоб не скучал — возьми вот «полторушку». — Протянул бутылку из-под минеральной воды, полную самогонки.

— Премия будет? — спросил Ерофей, глядя исподлобья.

— Будет. Не обижу, — сказал, замешкавшись, после паузы, краснощекий директор.

— И за яму — отдельно.

— Не волнуйся — все получишь сполна. И что это ты такой недоверчивый?

— Жизнь научила.

Место он нашел на одном из самых старых участков кладбища — там находились заросшие высохшей травой могильные холмики с перекошенными крестами. Зима — не самое лучшее время для похорон — земля мерзлая, приходится орудовать ломом. А тут еще пришлось стесать старые могильные бугры, чтобы разровнять участок так, будто никто его до этого и не занимал. Поработав часа три с небольшими перекурами, приведя все в относительный порядок и выкопав яму на треть, Ерофей скомандовал:

— Баста! На сегодня хватит. Завтра с утра докончим.

Валет же, жадный до работы, возразил:

— Чего ждать до завтра? Осталось-то немного — меньше чем на два часа.

Он, правда, не так был увлечен работой, как хотел добраться до старого погребения — вдруг там окажется что-то стоящее?

Ерофей не любил, когда ему возражали, тем более такие «молодые», как этот, на кладбище без году неделя. Он усмехнулся, так как прочитал потаенные мысли напарника — знал наверняка, что под таким нищим холмиком ничего тот не обнаружит, лишь куски полусгнившего дерева и костяк. Ему попадались богатые захоронения с золотыми часами, такими же портсигарами, а один раз обнаружились даже брильянтовые запонки на полуистлевшей рубашке. Но не холмики над ними были насыпаны, а громоздились остатки богатых надгробий. Правда, с ними было и больше возни: хоронили там богачей в дубовых гробах, которым и сто лет нипочем. Приходилось гроб поднимать, яму углублять, затем землицей слегка прибросать и нового покойника верхним ярусом хоронить. А как по-другому? Куда старый гроб с покойником денешь?

Старый кладбищенский работник не стал объяснять «молодому» свое решение, а просто выбрался из ямы, обтер лопату от земли, забросил ее левой рукой на плечо, а правой подхватил бутылку с самогоном.